Евгений Лотош.

Стихи из романов



       *Камень на развилке* (из романа "Серый туман")

Придешь на развилку, раздвинешь кустарник,
На камне сорвешь мох зеленый со слов,
Твой конь богатырский, твой верный напарник
Копытом наступит на болиголов

И звякнет уздечкой, вздохнет с укоризной,
Он не человек, не умеет читать,
Но знает, что мрачно-торжественной тризной
Его, потеряв, будешь ты поминать.

"Налево пойдешь ты - коня потеряешь:" -
В жестокой ухмылке расплылись слова,
"Направо - погибнешь:", и ты точно знаешь,
Пожертвуешь чем ты, сорвиголова.

Не надо, о камень калеча костяшки,
Бессильно провидцу кинжалом грозить.
Склонились над камнем безмолвно ромашки, 
Скворец пролетел, где-то ухнула выпь:

Не Бог ты, чтоб видеть дороги в грядущем,
Не Бог, и не можешь пути исправлять,
Лишь можешь оставить дорогу идущим,
Взять в повод коня - и судьбу повстречать.

Но незачем Богу завидовать черно,
Не сотни дорог, а всего лишь одна
Пред ним колеёй протянулась безмолвно,
Суха и жестка, а в конце - Голгофа.

Чем дальше он видит, тем меньше он может
Вести, убеждать, исправлять, помогать.
И страшно быть Богом - так совесть тревожит,
И страшно вслепую по жизни шагать.




        *Возвращение домой* (из романа "Делай что должно")

Я за спиной в тумане оставляю
Чужие города, где вечно серый день,
Чужие рощи, где в начале мая
Кипит как кровь в огне нездешняя сирень.

Чужие веси снова за спиною,
И предо мной опять знакомая страна,
Там солнце не проходит стороною,
Там тени тают как вчерашняя волна.

Там небо голубей, чем на чужбине,
Там можно верить девы ласковым словам,
Там мир прекрасен, словно на картине,
Там море теплое прильнуло к берегам.

Жизнь протекла как в скверной пантомиме -
Чужие голоса, фальшивые друзья,
Как будто в размалеванной витрине
В музее пыльном спьяну заблудился я.

Но все прошло, подернулось туманом,
Лишь ветер зябко пробирает со спины,
Как будто вдруг услышал в бреде пьяном
Вой грязной, страшной, незаконченной войны.

Раскинулась зеленая долина
Как встарь, и голоса друзей к себе манят,
И вкус ласкает спелая малина,
И где-то рядом на веранде ждет семья.

Но не спешу я сделать шаг навстречу,
И странная тоска манит меня назад,
И, кажется, что чувствам не перечат,
Когда слезятся вдруг, усталые глаза.



        *Ошибка колдуна* (из романа "Делай что должно")

Как в далеком государстве злой волшебник жил да был,
Целый день он, бука-бяка, мор да порчу наводил,
Как принцессу ни приметит, сразу хвать ее в полон!
В общем, очень злобным-страшным был уродом жутким он.

Как-то утром на рассвете был не в духе тот колдун,
То ль желудка несваренье, то ль замучил злой бодун,
Только он, во гневе жутком, сел на облако, и вот
Ураган-торнадо-вихорь по-над тучами плывет.

Пронеслась гроза над речкой, миновала черный лес,
Облетела кругом горы, понаделавши чудес:
Там кустарником терновым вдруг порос проезжий шлях,
Тут болото затопило все расщелины в горах.

Вдруг волшебник заприметил одинокого коня,
"Дай-ка, думает, устрою развлеченье для себя:
Превращу сию скотину в чудо-юдо-крокодил,
Чтоб разинюшка-хозяин брагу больше в жисть не пил!"

Опустилась туча низко, стал волшебник колдовать -
Заклинанья тараторить да ручонками махать,
Только зря колдун лукавый в это утро пил рассол,
Потому как не заметил толстый-длинный-крепкий ствол!

Добрый ясень зла не любит, черной силе страшен он,
Он увидел-возмутился, что берут коня в полон,
Ветер сильный-мощный-чистый он себе наколдовал,
Колдунишке-бедолаге толстой веткой по лбу дал.

От испугу злой волшебник заклинанье позабыл
Да прикушенной губою слово не проговорил,
Что-то хлопнуло-блеснуло, дым белесый воспарил -
Пузом шлепнулся с размаху злой волшебник-крокодил.

Он метался по лужайке, зубы скалил, слёз ручей
По траве катился бодро, медовухи горячей,
Ничего не помогает - нет ни губ, ни рук, ни глаз
Чтоб заклятье отчебучить, ставши человеком враз.

А коняга одинокий продолженья ждать не стал -
Дал копытом крокодилу между глаз да ускакал.
Так и сгинул чародей наш. Правду говорит народ:
Роет кто другому яму - сам в нее и попадет.



     *Мы вернемся* (из романа "Делай что должно")

Мы идем, как святыню сжимая детей
В безнадежных предсмертных объятьях,
В мерзлом воздухе гор глохнет плач матерей
И мужчин застывают проклятья.

Где-то сзади беснуется яростный враг,
Стрелы смерть призывают напевно,
Оскорблен предков дух и рассыпан очаг,
И лишь пламя вздымается гневно.

Перевал далеко, нет надежды дойти,
Нет надежды спуститься в долину,
Только камни вокруг, только лед на пути,
Да грохочут, срываясь, лавины.

Мрачно скалы вздымаются, рвут облака,
Зябкий сон одолеть невозможно,
Мелкий снег бьет в лицо, и немеет рука,
Что сжимает копье безнадежно.

Мы идем, мы бежим, нас спасает лишь то,
Что мы верим - настанет расплата,
Вражью кровь мы расплещем в траве как вино,
Чтоб алела под ясным закатом.

Пусть стоит перевал, равнодушен как смерть,
Пусть пурга заметает дороги,
Мы дойдем до долины на той стороне,
Хоть не гнутся замерзшие ноги.

Мы бежим не затем, чтобы, выжив, забыть,
Наша память бежит вместе с нами,
Мы останемся жить, чтоб врага умертвить,
Из груди сердце вырвав руками.

Знаем мы, что вернемся - и горе тому,
Кто разжег в нас желание мести.
Мы поклялись вернуться - и быть посему.
Мы вернемся, клянемся в том честью!



      *Сонет* (из романа "Делай что должно")

Иду к любимой в дальний край
Сквозь смерть и страх и ярость битвы,
Звенит гитара четким ритмом,
И я дойду, ты так и знай!

Пусть ветер злой сойдет с ума
И ливень хлещет водопадом,
Но знаю я, чего мне надо -
Лобзать любимую в уста!

Нас не разлучит человек,
Нас не разлучат все невзгоды,
Пред ликом яростной природы
Соединимся мы навек!

Моя любовь переживет
Врагов моих, врагов любимой,
Проходит ночь пустой и длинной,
И утро снова настает!




     *Передышка* (из романа "Делай что должно")

Сгорел закат, кровавый как слеза,
Слеза, что застилает взгляд от боли,
Которая слепит тебе глаза,
Когда стоишь один на смертном поле.

Кружится с граем туча воронья,
Вкус предвкушая плоти человечьей.
С плеч голова скатилась не твоя,
Опять другие в смерть ушли навечно.

Зовет набат нас снова на войну,
И в путь зовет усталая дорога,
Но я сегодня просто отдохну
Совсем немного. Совсем немного...

Твоя судьба, герой, шагать по свету
И поражать врагов своей рукою,
Принцесса пригласит тебя в карету
И воины склонятся пред тобою.

Но ты не дашься в клетку золотую,
Ты вновь уйдешь, лишь тихо скрипнет дверь.
Ты ступишь на дорогу столбовую,
Лишь чуть утихнет боль былых потерь.

Зовет набат нас снова на войну,
И в путь зовет усталая дорога,
Но нынче я немного отдохну
Совсем немного. Совсем немного...

И ты недолго будешь одинок,
Ведь ты - герой с мишурным славы блеском,
И очень скоро новый паренек
С тобою зашагает перелеском.

Героем стать - мальчишки сладкий сон,
И вой фанфары слаще чем печенье,
Но он не знает, что погибнет он,
Не выживет он в первом же сраженье.

Зовет набат нас снова на войну,
И в путь зовет усталая дорога,
Но я пока немного отдохну 
Совсем немного. Совсем немного...

Ведь ты герой лишь только потому,
Что жив остался там, где остальные
Безвестно камнем канули во тьму -
Безусые, наивные, смешные.

Твоя судьба - врага превозмогать
Любой ценой, в балладах так поется,
Оруженосца ж можно разменять:
Герой важней, так издревле ведется.

Набат зовет героя на войну,
И в дальний путь зовет опять дорога.
Но я, пожалуй, больше не пойду.
Вы повоюйте без меня, а? Хотя б немного...



      *Смертельный закат* (из романа "Делай что должно")

Жизнь прошла, словно день. На закате с холма
Смотришь в небо, горящее ясно.
Где-то в небе висит облаков кутерьма -
Как последний привет посылает судьба
Знак, что жизнь пролетела напрасно.

Дом сгорел от грозы, и засох тополек,
Что растил ты за домом в крапиве,
И в отчаянный миг друг тебе не помог -
Не узнал, опоздал, задремал, занемог,
И проснулась беда где-то в мире.

Не вернувшись назад, в бой ушли сыновья
За какое-то правое дело,
Пережил ты жену, пережил ты себя,
Тихо плачет, проснувшись, внутри смерть твоя,
По куску отрезая от тела.

Прогорает закат, жизнь прошла - не вернуть,
Подбирается сон самозванный,
Что любил, что достиг - зачеркни и забудь,
Так оставишь от жизни лишь самую суть
И уйдешь на покой нежеланный.



       *Радуга над бездной* (из романа "Делай что должно")

Слаб, беззащитен человек -
Он лишь пылинка пред бездною,
Под ветром Мира лист дрожащий,
Которого недолог век
На Древе Жизни над рекою,
Потоком Времени журчащим.

Что его жизнь? Лишь краткий миг,
Жужжащая на солнце муха,
Что сгинет тихо до заката:
Мальчишка, зрелый муж, старик,
Девчонка, женщина, старуха...
И Смерть - всеобщая расплата.

Но пусть лишь вспышка жизнь его,
Лишь искра света среди ночи
Иль отблеск на алмазных гранях:
Ведь даже искра для того,
Кто мир познать в единстве хочет,
Ценна не менее, чем пламя -

Так лунный луч играет ярко
На сонмах капель водопада,
Так свет горит на ожерелье,
Что девы грудь ласкает жарко,
Так птицы песнь, что утру рада
Из звуков сложена отдельных.

Так пусть вихрится буря Смерти,
Потоки Жизни разбивая
И в пыль разбрызгивая яро -
Проглянет солнце в круговерти
Злых облаков и засияет
Стоцветной радуги пожаром.


lotto@mail.ru