Алексей Ефимов

       
ДУМА О ПОЭЗИИ

Я очень важным делом занят,
Когда строкой строгаю лист.
Поэт - он больше, чем прозаик!
Но меньше, чем баскетболист.

         
ЭПИЛОГ

По истеченьи некой суммы дней
Я стал умней
И позабыл о ней.

               ***
Ч╦рту жизнь тяжела ли,
Если Бог не пас╦т?
Загадаю желанье -
Мне сегодня вез╦т:

Солнце ластится взглядом
К сонму сонному крыш;
Просыпаюсь - а рядом
Ты в подушку сопишь,

Счастье ночи итожишь
В предвкушение дня,
И представить не можешь -
Как могла без меня.

Бог проспал - не заметил
Со своей высоты,
Как сбываются эти
И другие мечты.

И во мне подвывает
Размечтавшийся бес...
Но чудес не бывает.
Не бывает
Чудес.
                 ***
Выходя из московских вод
На полуночный
эшафот,
Молча муча в дверях ключи -
Изучаю твоих мужчин.

Не гадаю,
не ворожу,
Пальцем по небу
не вожу,
Не читаю чужой дневник -
Ты рассказываешь о них.

Кто был добр, а кто был зол;
Кто овечка, а кто - коз╦л;
Кто расплавил тебя в руках,
Кто любил, и в деталях - как.


И ревнуя,
боясь,
любя,
Понимаю, что для тебя
Я не мат,
и не даже шах -
В направлении к смерти
шаг.

И когда,
как среда
воды,
Просочишься сквозь пальцы
ты -
Не обижусь,
не осужу,
Об одном пустяке прошу:
На неведомых
берегах,
Расплавляясь в других
руках,

Полыхая свечой
в ночи -
Будь добра,
до утра
молчи.

Даже если молчать
невмочь,
Даже если попросит
дочь,
Даже при смерти,
даже во сне
Не рассказывай обо мне.

                    ***
По дороге к Страшному Суду,
Зверь во тьме и камень на свету,
Ты в себе несла осколки зла
И другие женские дела.

Не привыкнет кожа к синякам.
Так всю жизнь по разным пустякам
Человек страдает, идиот,
Чтоб в конце услышать:
"Суд ид╦т!"

Чтоб с надеждой в салки не играть,
И хотя б теперь себе не врать,
Чтоб забыть все песни и стихи,
И припомнить все свои грехи.


И когда остынет для тебя
Эта неудобная скамья,
Крикну я - чтоб крыша со стропил:
"Я свидетель! Я е╦ любил."

Пусть слеза судьи не тронет век,
Бог - он тоже, в общем, человек.
Он, мо╦ свидетельство учтя,
Может, и помилует тебя.

Ты уйд╦шь - назад или впер╦д,
И когда наступит мой чер╦д -
Кто здесь, вс╦ забыв и извиня,
Сможет заступиться за меня?

Та вода, которую я пил;
Та звезда, которую открыл,
И е╦ зовущий столько лет
Свет -
А на тебя надежды нет.

По дороге к Страшному Суду,
Злой такой и с памятью-клюкой,
Я иду на яркую звезду.
Если это ты - махни рукой.

                 ***
Весна бывает раз в году.
На время случек
Я, думаю, с ума сойду -
Удобный случай.

Любовь, чихая на ГАИ
И на ОМОНы,
На приступ брака и семьи
Вед╦т гормоны.

Е╦ намеренья ясны,
Плевать ей, кто ты.
Но я, как инвалид весны,
Имею льготы,

Имею, память теребя,
С компаний прошлых
Медаль за взятие тебя
И в сердце ножик.

И я готов сорваться вдруг
На помощь нашим,
И знамя выхватить из рук
До срока павших.

Чтоб крепок дух, тверда рука,
И драка чтобы,
Чтоб ненавистного врага
Любить до гроба.

Проснись, вставай! Зов╦т труба,
Народный мститель!
И если это не судьба -
Тогда простите.


Готов и роль сыграть одну,
И драму в лицах,
В финале выиграть войну,
И застрелиться.

А хочешь, Господи, пойду
К тебе в помрежи?
Весна бывает раз в году -
А то и реже.


                        ***
Представь себе: Ты Ева, я Адам -
Развиты соответственно годам,
Господь уже воздал нам по трудам -
Был сад Эдем, остался сыр Эдам.

От папиной халявы и любви
Мы изгнаны на дальний край земли.
Неважно, в ч╦м причина строгих мер -
Курили в туалете, например.

В мо╦м здоровом теле дух взбесив,
На волю рвутся Каин, Авель, Сиф;
И по ночам, зубами зло скрепя,
Я пару раз не прочь познать тебя.

Чтоб сеять рожь, чтоб добывать металл,
Чтоб пра-пра-правнук на Луну слетал,
Другой стихи писать украдкой стал,
Которые никто бы не читал.

Но у тебя о будущем Земли
Сложились представления свои,
При солнце грезишь, или при луне -
Чтоб только принц, и только на коне.

А я вс╦ жду, хотя надежды нет -
Мне девятьсот и двадцать девять лет;
И ты вс╦ жд╦шь, и платья шь╦шь к балам -
А принц вс╦ едет по своим делам.

И не сколотит плот трудяга Ной,
И в новостях с очередной войной
Не прозвучат араб и иудей -
Ведь наши дети не родят детей.
И некому кормить в бараках вшей,
Не родились ни Ленин, ни Эйнштейн -
И над пустой Земл╦й проходят дни...
Но, к счастью, на Земле мы не одни.

                         ***
Ты шепчешь:"Милый, слышишь пульс?"
Прижав ладонь к груди.
Умри живое. Вс╦. Женюсь.
Уйди, печаль, уйди.

Издалека, через века
Природа-мать зов╦т
Той бомбы слушать тик, пока
Не кончится завод.

Люблю огнеопасных дам -
Мне страсть на них вез╦т -
Разжечь в себе любовь, а там
Пусть в клочья разнес╦т.

Ведь слаще вряд ли бы нашлось
Отравы для живых -
Тамтамы сердца слушать сквозь
Две складки жировых.

Так что же я, ядр╦на мать?
Давно мечтал, поди,
Губами жадными считать
Удары на груди.

Случайно истину боюсь
Сболтнуть тебе в ответ,
Когда ты шепчешь:"Слышишь пульс?"
Пульс есть - а сердца нет.
                
                           ***
Душа не жаждет, плоть не хочет -
Но ощущается больней,
Что стала жизнь на год короче,
А память - на любовь длинней.

Уж год - а кажется: давно ли? -
Глядишь в меня, как в водо╦м,
Звезда пленительного горя
На небе сумрачном мо╦м.

Не может то, чего не может,
Любовь. И, этот крест терпя,
Я знаю - день бездарно прожит,
Когда он прожит без тебя.

Пытаюсь на ладони влажной
Найти в извилистой судьбе
Тот день, когда не будешь важной
Ни ты, ни память о тебе.

Я не привычен к переездам,
Мне представляется с трудом
Последний миг на свете этом -
И первые часы на том.

Но я и не замечу, впрочем,
Печалясь о потере дней,
Как станет жизнь на жизнь короче,
А прошлое - на смерть длинней.

               ***
Дни бывают всяки-разны,
Хороши.
Есть такой, к примеру, праздник -
День Души.

В этот день я не поеду
На войну,
И не буду за обедом
Есть жену,

И кормить собою похоть
Не пойду -
Надо быть самим собой хоть
Раз в году.

Буду с памятью играть лишь,
Как дитя.
Вот такой он, понимаешь,
День Тебя.

Сны уже шумят под дверью,
Палачи -
Я без боли не умею,
Научи.

Ты же скажешься больною,
Грусть моя,
Не отпразднуешь со мною -
Кстати, зря.

Не прид╦шь, хоть Кремль рухни,
В дом ко мне,
И не сделаешь на кухне
Оливье.

Сантиментов муть разгонишь
Делово,
Даже, может быть, не вспомнишь
Ничего.

Ну и будешь, как когда-то,
При своих.
Вот как справлю эту дату
За двоих:

И наемся до отвала,
И напьюсь,
Под забором, где попало,
Завалюсь.

Хоть из пушки бей, хоть плетью,
Не проснусь.
Завтра может быть День Смерти -
Ну и пусть.

                          ***
Испуганно: "Зачем же провожать?"
Резонно: "На часах не ранний час."
Взволнованно: "Не смею вас держать."
И, наконец, измучась: "Не сейчас."

Мол, дремлет в лоне зверь,
Мол, не теперь,
Мол, не годна,
К тому же не одна.
Отбрасывая тень,
Твоих потерь
До дна видна китайская стена.

Где секс на двор - какой уж разговор,
Не так взглянул, и сразу - караул!
Зачем кричать? - Я, собственно, не вор;
На свет души случайно заглянул.

По праву всех блуждающих планет
Я мерю счастье в световых годах.
Кто знал, что этот свет - большой привет
Со зв╦зд, и не светивших никогда?
И где-то за китайскою стеной,
Ефрейторски конкретна и груба.
Моим сперматозоидам отбой
По╦т труба... Ну что же -
Не судьба.

                          ***
Вс╦ пыхтим над жизнью - а награда?
Боль, с которой не пойд╦шь к врачу.
В давнем прошлом первое "Не надо!",
В давнем прошлом первое "Хочу!".

Книга судеб, медленней листайся,
Стрелки, не ищите время "Ч"!
Подожди, последнее "Останься...",
Подожди, последнее "Зачем?"


                     ***
Жив╦т на небе одинокий Бог,
Распутывает наших душ клубок,
Мудрит - кому сума, кому тюрьма,
И думает, что мы сошли с ума.

Он нищ, как и положено богам,
И потому, склонясь к Его ногам,
Неся свою суму, садясь в тюрьму,
Ты веруешь из жалости Ему.

А вот он я, искра Его огня;
Я тоже нищий - пожалей меня,
Поверь в меня, склон╦нного у ног,
Я тоже бог - я тоже одинок.

                            ***
Любовь и счастье - две родных сестры,
Сестра сестру таскает за вихры,
Сестра сестре коленом бь╦т под дых,
Призвав святых на роли понятых.

Сестра - асфальт, е╦ сестра - окно,
Одна вершина, а другая - дно.
Сорв╦шься в эту пропасть, ан глядишь 
-И жизнь пройд╦т, покуда долетишь.


                       ***
Когда в испуге сны отпрянут,
Пойми спросонья, где болит,
И день, не к ночи будь помянут,
Опять под окнами стоит -

Скреб╦т ночная Кама Сутра
стекло души, как сталь ножа,
Палач проснулся - С добрым утром.
С последним утром, госпожа.

Здесь край земли ночи коснулся
Зазубренным клинком зари.
Я тоже где-нибудь проснулся,
Но на другом краю земли.

У нас, ремесленников, праздник:
Рубаху чистую достать,
Хлебнуть вина - и к месту казни,
Поближе к эшафоту встать.

Чего приятнее и проще -
Сказал топор свои слова,
И вот уже летит на площадь
Обиженная голова.

Палач нисходит с эшафота:
Спокоен взгляд, тверда рука...
Завидую - моя работа
Не так красива и легка.

Любовь - сложнее ремесло, чем
Кондом одеть, бюстгальтер снять...
Но я тебе не должен, впрочем,
Простые вещи объяснять.

За то, что на тебе учился
Первичной гигиене чувств,
Был должен - и не расплатился,
Был должен - и не расплачусь.

Но ты ведь не жалеешь, правда? -
Воздастся данное вдвойне.
Ты без моих долгов богата,
Как, может, и не снилось мне.

Тво╦ богатство не растает -
Ну разве часом изменит;
Тебя при случае пытает,
Под настроение казнит.

Но после вновь ожить научит -
Не прогадала ты, не плачь,
Я тоже обожаю мучить,
Я тоже тот ещ╦ палач.

Опять подол у неба задран,
Опять заря по дню прошлась;
И будет ночь, и будет завтра -
И завтра снова будет казнь.

Опять мечты на полках вянут,
Опять в постели, как в бою,
И я, не к ночи будь помянут,
Опять под окнами стою.
                *** 
Что-то кровь волнуется -
Не сдержать,
Выйду-ка на улицу
Подышать.

Встану, где народа нет,
Чтоб видней:
Девочка фланирует -
Вс╦ при ней.

Попка, полумесяцы
Б╦др тугих,
Волосы - повеситься
На таких.

В бутик упакована
Целиком -
Видно, застрахована
На угон.

Что груди касается -
Высока.
Шла бы ты, красавица,
От греха.

Хмыкнет, основанием
Завертя,
На меня внимание
Обратя.

Молвит опечаленно:
- Дурачок. -
Подвернув нечаянно
Каблучок.


Мол, есть вещи выше нас,
Мол, дела;
Л╦гкая промышленность
Подвела.

Улыбнусь участливо
Ей в ответ.
Может, будет счастлива.
Может, нет.

                     ***
Не надо претворяться ч╦ртом,
В котором понта до фига -
Не слишком впечатляют что-то
Твои бумажные рога.

Твои изящные копытца
В пылу нешуточной игры
Не смогут в душу мне вонзиться,
Хотя достаточно остры.

И я готов тво╦ коварство,
Не морщась, выпить до конца:
Не помешает ни лекарство,
Ни яд желудку мертвеца.

Пусть таю я, как в каше масло;
Как Герман, увлеч╦н игрой,
Но за тебя отдаст полцарства
Какой-нибудь другой король.

Сентиментального футбола
Я в списки сборной не внес╦н,
Симпатия на грани фола -
И это, к сожаленью, вс╦.


Джеймс Бонд и я - мы так похожи,
Меняем женщин, как коней,
С одной лишь разницей ничтожной -
Он на экране, я во сне.

Партер забит, гал╦рка млеет -
Акт╦р же даже не одет.
Пускай тобой весь мир болеет,
А у меня - иммунитет.

Что лень вставать, что больно падать,
Не жалуйся - я убежд╦н:
Тот, кто тебя научит плакать,
Ещ╦, наверно, не рожд╦н.

Напрасно хлопают реснички -
Я стоек, словно крепость Брест.
Признайся - ты ведь по привычке
Стреляешь глазками окрест.

Короче, так: ещ╦ немного -
Предупреждаю, разозлюсь.
Не надо претворяться богом -
Я на тебя уже молюсь.

                       ***
Нам незачем просить чудес у Бога,
Мы можем пару трюков пару раз,
Лишь сколько нам ходить земл╦й убогой -
Решает Бог, и ни один из нас.

Но кто-то нервно д╦ргает за нити,
Ведущие от живота к душе:
Ведь началась Чечня не в Сумгаите -
И Грозным не закончится уже.

Уже тошнит от игрищ и ристалищ
И дольше века длится этот век.
Прости меня, тамбовский волк, товарищ,
Но сказано: волк волку - человек.

Мы все торгуем сил своих по мере,
Велик ассортимент котов в мешках:
И три сестры собою на панели,
И дядя Ваня - кожей в Лужниках.

Что делать с жизнью, мы решаем сами:
Кто вечно пьян, кто бесконечно трезв;
Кто засевает поле чудесами,
Кто сеет мины на полях чудес.

А бедный Бог давно со сч╦та сбился -
Земля большая, ей не повредит.
Подумаешь, ещ╦ один родился;
Подумаешь, ещ╦ один убит.

Но к сведенью на помыслы нечистых:
Есть жизнь, есть смерть - и что-то вечно над.
Убили человека, не артиста;
Зарыли в землю жизнь, но не талант.

И жалко мне людей, не журналистов,
В дерьме господнем истины крупиц,
Хотя, конечно, Бог - на суд неистов -
Не спутает убитых и убийц.



                  *** 
Жил колючий человечек,
Строил башенки из свечек,
Строил домики из спичек
И боялся электричек.

Был он добр и отзывчив,
Был уступчив и уживчив,
Лишь со страхом он боролся -
И поэтому кололся.

В крепкой крепости под ванной
Жил солдатик оловянный,
Делал ядрышки из кала
И стрелял во что попало.

И однажды человечку
Дом и башню до крылечка
Разнесло ядром попавшим -
И ни домиков, ни башен.

Человечек горько плачет:
Новый дом ещ╦ не начат.
На коне солдатик скачет:
Празднует победу, значит.

Я ему "дурак" сказал бы,
И когда умолкнут залпы,
Человечек не был где бы,
В самом деле, я хотел бы,

Чтобы свечки не горели,
Чтобы спички не сырели,
Электрички не шумели -
Разве плохо, в самом деле?


                ***
Как с владыки волос
Вздумает упасть -
Так на нашу волость
Новая напасть.

То своротим ворот,
То помр╦т народ,
То грохочет в город
Голод у ворот.

То зерном поборы,
То давай деньжат,
То златые горы
Воры сторожат.

То в штанах прореха,
То в вине вода -
Что князьям потеха,
Мужику беда.

Мы над горем нашим
Думаем-сидим,
Дн╦м полей не пашем,
Ночью ж╦н не спим.

Размечи печали,
Королева-мать,
Чем в ночи сычами
Головы ломать.

Сколь на это дело
Извели свечей -
Молви, королева,
Молви, свет очей!

Говоришь, царица,
Надо потерпеть -
Скоро размягчится
От ударов плеть?
Говоришь, приедем
На лихом коне
Мы к большой победе
В маленькой войне?

Говоришь, убоги,
Но не дураки?
Говоришь, налоги?
Говоришь, долги?

Слушай, королева -
Сахарны уста:
У страны проблема -
Караул устал.

Разве с места стронешь
Не страну - тюрьму?
Разве Каин сторож
Брату своему?

                             ***
Спеть частушки, станцевать фокстрот -
Тем терпимей он, чем ты капризней;
У него в запасе анекдот
На любой возможный случай жизни.

Вдруг - обидчив без причин, не трожь,
Залпом даст из глаз, как с канонерки.
А с утра не очень-то и жд╦шь -
Выскочит, как ч╦рт из табакерки.


Может даже, кстати быть порой:
Милый друг, забавная вещица.
Но один твой взгляд - и он герой.
Дай ему возможность отличиться.

                  ***
Возможно, время бы сумело
Снять боль с души, как вес с весов,
Но я ношу часы без стрелок,
А память - стрелки без часов.

Нам, перееханным трамваем,
Воспоминаний милых рай -
И мы о вас не забываем,
Наш уважаемый трамвай.

И память ухватила цепко
Особый миг меж общих мест,
Когда вы креститесь на церковь -
И ожидаете чудес.

Но ожидать прид╦тся долго -
Мне приходилось как-то раз -
Ведь мы надеемся на Бога,
А Он надеется на нас.

Чтоб к чудесам не приучаться,
Не приучать нас к чудесам,
Он не да╦т любовь и счастье -
Да╦т наборы "Сделай сам".

Пытаясь из частей никч╦мных
Составить контуры судьбы,
Вы спросите: "Какого ч╦рта?" -
И где-то будете правы,

Но не обрящете ответа,
Любовь читая по складам.
Мадам, послушайте совета -
Читайте Библию, мадам.


                  ***
Как гильотина знает дело,
Как поле боя знает бой,
Как ты сво╦ не знаешь тело -
Я знаю небо над тобой.

Там освещает вс╦, сверкая,
Тебе, и никому другой,
Одна звезда - зато какая,
Одной звезде - зато какой.

Пускай на дне чумного дома,
Где электричество горит,
Твоих знакомых астрономов
Моя наука веселит.

Я б полетел - зачем ракета? -
Но нелюбовь верней тюрьмы;
И не поможет скорость света,
И не поможет скорость тьмы.

Прости, тебе мой воздух душен,
А счастье делится на два,
Но ты нужна, пока я нужен;
Пока я жив - и ты жива.

Светает, небо стало с лужу,
Но ты ещ╦ видна, смотри:
Звезда, которая снаружи;
Звезда, которая внутри.

        
        ***
У горла нож -
а кажется рукой;
Любовь найд╦шь -
окажется другой.

Я думал - час,
а на исходе век;
Я думал - сон,
а просто выпал снег.

Свободен был -
а вот она, тюрьма;
Хотел в Париж,
а это Кострома.

Ей нужен муж -
она опять одна;
Нам нужен мир -
а на дворе война.

Отыщешь клад -
окажется, что медь;
Напишешь жизнь,
а прочитаешь - смерть.

                     ***
Я тебя мечтам своим в угоду
Часто вижу в женщине другой -
Так  огонь порой похож на воду,
Так вода похожа на огонь.

Не сердись: раз на носу зел╦нка,
Должен быть и прыщик на носу.
Ведь нельзя сердиться на реб╦нка,
Ведь нельзя сердиться на грозу.

Не сердись, что я прыщом стал этим,
Не сердись на брызги и на дым,
Не сердись, что я в постели - третьим,
Или в одиночестве - вторым.

Скоро я сгорю или остыну -
Я не знаю, что на этот раз:
Солнце землю превратит в пустыню,
Или же вода пустыню - в грязь.

Вот уже я стал другим, понятным,
Как когда-то стала ты другой;
Вот уже я не похож ни капли
Ни на воду, и ни на огонь.

Я иссяк - огонь воды сильнее,
Я погас - вода сильней огня.
Счастлива ты, больше не имея
Повода сердиться на меня?

                    ***
Ты знала - не прид╦т никто,
Но я приш╦л;
Ты кутала себя в пальто,
Но я наш╦л.

Я видел в снах своих любовь,
А ты - покой;
Ты в воду превратила боль,
А я - в огонь.

Где кто-то просто уходил -
Я умирал;
Ты думала - ещ╦ один,
А я не врал.
     
                             ***
Что нужно в этой жизни нам, калекам -
Таким больным, смешным и небольшим?
Хороший секс с хорошим человеком,
Душа для тела, тело для души.

Жизнь - это прятки, только все мы водим
По воле незатейливых страстей.
Нам кажется, что мы ещ╦ находим -
Но все находки горестней потерь.

Где от души к душе вчера был мостик -
Лишь камни да сигнальные огни.
Вс╦ больше лет, вс╦ меньше удовольствий,
Вс╦ дольше ночи, вс╦ короче дни.

Когда тела, устав поодиночке,
Как водится, в кладбищенской тиши
На поисках своих поставят точку -
Душа продолжит поиски души.

Уж их-то не минует эта встреча,
Таких больных, смешных и небольших.
Им хорошо - у них в запасе вечность;
Им плохо - вечность впереди у них.

Когда найдут друг друга наши души,
Лишь тишина сумеет нас связать -
Ведь это вс╦, что ты умеешь слушать,
Ведь это вс╦, что я могу сказать.
                         ***
Что за штука время, в самом деле?
Кто считал шаги по дну реки?
Минус год, здоровье и потери;
Плюс морщины, возраст и долги.

Плюс у дочки появились тайны,
Плюс зима тосклива без причин,
Минус я - но, впрочем, не считаем
Бесконечно малых величин.

Плюс мужчины - минус те, кто любит;
Плюс враги за вычетом друзей.
Всем уч╦ным в мире не придумать
Этой математики грустней.

Вот она, расч╦тов бесполезность -
Я науку эту проходил -
Плюс надежда минус неизвестность,
Минус бесконечность плюс один.

              ***
Был я лешим,
колдуном и драконом,
Конным, пешим,
беззаконьем, законом,

Духом, телом,
негром и эскимосом -
Что ж, для дела
стану Дедом Морозом,

Чтоб по праву
мирового завхоза
Снять свой траур,
и сказать тебе просто:

С Новым Годом -
он обязан быть лучше,
С небосводом
без нам╦ка на тучи,

Без ненастья...
в общем, дочка и мама -
С новым счастьем,
если старого мало.

                 ***
История не знает злости
И жалости не чтит, заметь.
На вечный чай попасть к ней в гости
Трудней, чем просто умереть.

Нечасто  люди, словно нити,
Рвут на событья века гладь -
Чем больше мы их ненавидим,
Тем чаще любим вспоминать.

Я ни добра, ни зла не сеял -
И не предвижу синекур
Ни в историческом музее,
Ни в театре восковых фигур.

Но в той войне, где ты решала -
Кто победит, а кто убит,
Я заслужил, быть может, жалость
Тем, что не заслужил любви.

Кто я тебе? Свеча - иконе,
Огонь - свече. И кто ты мне?
Любовь и смерть в одном флаконе,
Война и мир в одной стране.

Я многого не понимаю -
И, слава Богу, не пойму;
Но с полным правом занимаю
В тво╦м учебнике главу.

Я стал твоей дурной приметой,
Я твой должник, я твой двойник -
И нет Историй, кроме этой,
Как кроме Библии - нет книг.


                    ***
Кто думает, что я весьма
Смешон,
Кто говорит, что я с ума
Сош╦л,

На мой бессмысленный кураж
Смотря,
Считают, будто это блажь -
А зря.

Не той, которая сейчас -
Другой,
Свободной, как познавший власть
Огонь,

Как лес в начале ноября,
Нагой -
Они не видели тебя
Такой.

                         ***
Когда шаги шуршат по крыше,
Снег служит мессу ноябрю -
Он говорит с тобою, слышишь?
И я с тобою говорю:

Что зверь в душе устал метаться,
Что в звере Бог устал страдать,
Что нет надежды оправдаться
И нет желанья оправдать,

Что камня с голубем не сложишь:
Как не кидай - не полетит;
Что ты себе простить не сможешь
Того, что дочка не простит.

В руинах дня, который прожит -
Как жизнь? как смерть? сама решай -
Не жаль того, что стало прошлым -
Что будущим не стало, жаль.

Живи, как знаешь. В ритме рэпа
Коль за собой не уследишь -
Ты упад╦шь не ниже неба,
И выше, впрочем, не взлетишь.

Любовь не дождь, судьба не течка -
Начн╦т, помочит, и расч╦т;
Пусть даже не мечтает речка,
Что русло с нею утеч╦т.

Не будет дна, чудес не будет,
Не смоет берега вода,
Того, что дочка не забудет -
Ты не забудешь
Никогда.

                           ***
Закончив подсч╦т ежедневных потерь,
Смыв рот и глаза от Роша,
Когда тво╦ тело ложится в постель -
Взлетает на небо душа.

Туда, где она впечатления дня
Как грязное скинет бель╦;
Туда, где она позабудет тебя,
И ты отдохн╦шь от не╦.

Она не умеет читать и считать -
Хоть в этом-то ей повезло.
Вс╦, что ей известно: как надо летать -
Забытое здесь ремесло.

Летит освящ╦нною, но не святой -
Не пишут с таких образа;
И ангел, смущ╦нный е╦ наготой,
Поспешно отводит глаза.

При входе пятак дав Петру за труды,
Ид╦т под табличку "Не лезь" -
Ей нужен источник счастливой воды,
Который находится здесь.

Она с отраженьем своим говорит -
Чудно с непривычки не лгать,
Садится у кромки, и тем, что болит,
Ласкает покорную гладь.

Жонглирует каплями в поисках снов -
И в воду срывается вдруг,
А ангел следит из соседних кустов
И прячет спасательный круг.

И мнит, что сумела запутать следы,
И думает - это навек,
И с этого неба, из этой воды
Не хочет ни вниз, ни наверх.

Так счастлив корабль, обреч╦нный не плыть,
Так счастлив карась на блесне.
Я рад, если ты умудряешься быть
Счастливой - хотя бы во сне.

Но кто тебя сможет в тебе заменить? -
У смерти отгулы ещ╦.
Кончается вечность, будильник звенит
И карма из крана теч╦т.


Когда тебя тело поднимет со дна -
Будь умницей, стой на сво╦м,
Но не утверждай, что тонула одна -
Ведь ангел нас видел вдво╦м.

                           *** 
Так ночь крад╦т случайный всполох
У развед╦нного огня -
Счастливый круг твоих знакомых
Не стал счастливей без меня.

Все нищие пришли на паперть
К раздаче праздничных слонов;
Всем поровну - мне сны и память,
Тебе ни памяти, ни снов,

Счастливый дар любви не видеть,
Как зверю - избегать огня.
Я думаю, ты не в обиде
Ни на судьбу, ни на меня?

Душа без страсти, страсть без тела -
Как дом, в котором ни свечи.
Ну что, ты этого хотела?
Так распишись и получи.

Но кто беднее, тот и платит -
Ты догадалась, кто из нас?
Когда тебе любви не хватит,
Какой дурак свою отдаст?

Не та, кого ты между делом
Изводишь лаской палача;
Не тот, кому в аренду тело
Ты предлагаешь по ночам.


Пусть я бездельник и отшельник,
А у тебя - дела, друзья,
У каждой сказки свой волшебник -
И думаю, что в этой я.

Я Бог. Пусть местного разлива,
И всех вопросов не решу,
Но вот захочешь быть счастливой -
Проси, тебе не откажу.

                         ***
Кто виновен в том, что нас на
Бусы нанизал?
Симферопольская трасса,
Аэровокзал.

На коленях дрыхнет Лизка
Ласковым клубком;
Ты устала: губы близко,
Мысли - далеко.

Не успела счастья влага
Превратиться в л╦д.
Камень, ножницы, бумага -
Скоро самол╦т.

Мы ещ╦ обходим краем
Ч╦рную дыру,
И по-взрослому играем
В детскую игру.

Жадно щупаем руками
Три билета в рай.
Ножницы? Бумага? Камень? -
Что ж ты, выбирай.


С тех камней, где зверь бескрылый
В ночь судьбы взлетел,
Море сжалилось - не смыло
Запах наших тел,

Кожа верно сохранила
Нежные костры,
Ты ещ╦ не изменила
Правила игры.

Смотришь, как мы с Лизкой дурим,
Носимся кругом,
И пока не хочешь думать
Ни о ч╦м таком.

 Но уже за облаками
Ночь другая жд╦т.
Может быть, ещ╦ сыграем?
Может, повез╦т?

Хочешь, жизнь поставлю на кон?
Правила просты:
Камень, ножницы, бумага -
Лизка, я и ты.
                   

                                 ***
Не жалей ни о ч╦м - не жалел приговор, что прочт╦н;
Что посмертно прощ╦н - не жалеет, кто м╦ртвым проснулся.
Это знаешь, как в сказке: Буратино уш╦л за ключом,
Но узнав, что поч╦м, до сих пор, говорят, не вернулся.

Не жалей обо мне - не жалеет солдат о войне,
Не жалеет палач, что по праздникам много работы.
Но хотя бы во сне вспоминай о дал╦кой стране,
О единственном дне и утраченном чувстве пол╦та.

Не жалей ни о ком - не жалеет груди молоко,
Не жалеет вода о разрушенной ею плотине.
И ходя по земле, иногда заходи далеко,
Только помни - однажды мы вместе по небу ходили.

Не жалей о себе - не жалеет пожар о золе,
Ибо сказано в книге, которая старше Европы:
"И раскаялся Бог, что Он создал людей на Земле,
И навл╦к Он потоп. И раскаялся после потопа."

                 
                       ***
Уже в себе ты носишь джина,
Уже внутри чуть-чуть горишь -
Но с ангелом, а не с мужчиной
Ещ╦ ночами говоришь.

(Когда моральный дух не очень -
Как о дал╦ком сладком сне,
Я часто вспоминаю ночи,
Когда он приходил ко мне.)
Но с играми, а не с врагами
Ты разделяешь смех и страх,
И где ступаем мы ногами -
Ты пролетаешь на крылах.

Реб╦нок, женщина, колдунья -
Мелькают облики, слепя.
Кого ещ╦ в душе найду я,
В которой потерял себя?

Ты Бог, ты храм, ты тень от храма;
Удачный сделали замес
Твоя невиданная мама
И мне неведомый отец.

Хочу твою судьбу представить:
Мне автором е╦ не стать -
Ни многоточие поставить,
Ни слово доброе вписать.

Я знаю, крендель вислоухий,
Что не спасу тебя, когда
Твоей души коснутся руки,
Вогнавшие свой гвоздь в Христа.

Когда я стану нужен, Лизка,
Хоть на полслова, хоть мельком -
Прости, меня не будет близко,
Не будет даже далеко.

Дай Бог тебе карьеры долгой,
И в складках боли и греха
Не жить, как движется иголка
В руках неловких новичка.

Любовь возможностью поманит -
И я боюсь, а может, нет,
Что генетическая память
Тебе подскажет твой ответ.

Она подскажет, труд не шибкий.
Но слышишь, мелкий - не беги,
Не делай мамины ошибки,
Не делай мамины долги.

Как ни тверда судьбы оправа,
Дорога из которой - смерть,
Ты знаешь, в принципе управа
Найд╦тся на любую твердь.

Свой инструмент, своя подача -
На глину стек, на сталь фреза.
Ты веришь в чудеса - а значит
Ты можешь делать чудеса.

А их душа ещ╦ попросит:
И безрассудных, как весна;
И неожиданных, как осень;
И нежных, как остатки сна.

А впрочем, ты меня не слушай:
Я наплету - мне волю дай.
Побольше спи, получше кушай
И книжки умные читай.

Мы не волшебники, мы люди,
Мы бь╦м любовью, как бревном.
Я не прошу тебя о чуде -
Ну разве только об одном:

Ты перед той, которой вечно
Нет времени, в щеку сопя,
Замолви за меня словечко -
Она послушает тебя.
Жизнь скоро без следа растает -
Любовь не тает без следа.
Она сама вс╦ это знает,
Но забывает иногда.

Прощай. Увидимся ли снова -
Ты знаешь, кто хранит ответ.
А собеседнику ночному
Передавай большой привет.

                  ***
Лизка - свет ириска!
Далеко - не близко
Клад лежит бандитский,
А на н╦м записка:

Вот замки - засовы,
Я сундук особый,
Я такой волшебный -
Отопри, попробуй.

Видишь солнца лучик? -
Он тебе попутчик.
Ты не дрейфь по жизни,
И отыщешь ключик.

Обнаружишь средство
Победить дракона,
И найд╦шь то место,
Где сундук прикован.

Там не златы серьги,
Не шелка - алмазы,
И не просто деньги,
И не кубки - вазы,


Не богатств несметность,
И не пышки - сдобы:
Там любовь
И нежность
Самой высшей пробы.

                   *** 
Ещ╦ любви душа боится -
Ведь враг коварен и хит╦р.
Но шамаханская царица
Уже раскинула шат╦р.

Уж полководцев ждут награды,
Устало мясо в щах лежать,
Придворный лекарь варит яды,
Чтоб в наши вина подмешать.

Конец войне, конец мытарствам.
Осталось напоить коней -
И будет ночь. И Бог с ним, с царством:
Бывают вещи поважней.

Как расшалившиеся дети,
Нырнув под указатель "Стой!",
Застыли в сладком страхе смерти
Пред этой ждущей пустотой.

Всего лишь шаг, и мы узнаем:
Любовь - падение? Пол╦т?
И ангел пилит сук под нами,
И песню радости по╦т.

У каждого - свои привычки:
Кто курит, чавкает, храпит.
Вот я люблю смотреть на спичку,
Пока она ещ╦ горит,

Решив меж старостью и страстью,
Жив╦т, сама себя губя,
Пока, е╦ согретый счастьем,
Я Богом чувствую себя.

Но я меняюсь с ней местами,
Когда она сгорит в руке:
Мы с детства все лежим рядами
В одном огромном коробке.

Судьба не смотрит - негр, турок;
Настал и наш, как видно, срок.
Достав припрятанный окурок,
Бог чиркнул нас о коробок.

Он знает вс╦, что будет с нами;
Ему смешно на нас смотреть.
Скажи: а, правда, это - пламя?
И долго ли ему гореть?

                       ***
Мы вс╦ хотим, чтоб на коне,
Вс╦ чтобы в первых.
Вот шахматы, забава не
Для слабонервных:

На доску мастер глаз скосил,
Пылинку сдунул -
Он пешку вывести в ферзи
Решил - задумал.

Он планы жизни созда╦т,
Судьбу пророчит...
Он двигает е╦ впер╦д -
Она не хочет.


Ей форму впору не нашли,
Ей не до жиру,
И месячные подошли -
Да вс╦ не в жилу.

Вся эта умная игра -
Его забота,
А у не╦ свои дела:
Семья, работа.

...Бог предлагает нам ходы -
А мы решаем,
И из душевной простоты
Ему мешаем,

Вс╦ думаем свести к ничьей,
Вс╦ выбираем -
А смотришь, за тарелку щей
Вс╦ проиграем.

                    ***
Как будто подключили ток,
Напутав в клеммах -
Стучит отбойный молоток
Под грудью слева,

Стучит о р╦бра до крови,
Слезы и слизи
И обещает мне любви
И долгой жизни.

Но сердце не умеет врать -
Пророк хреновый.
Есть время жить и умирать,
И жить по новой.


Бог обо мне припомнит вдруг
И скажет: "Здрасьте!".
Я смерть приму из этих рук,
Как принял счастье.

Вдохну на память глубоко,
Сожмусь невольно...
Кто знает - умирать легко,
Но очень больно.

А может, стоит потерпеть -
И будет чудо?
А может, вс╦-таки не смерть -
А так, простуда?

Я лягу в т╦плую кровать,
Приму таблетки
И буду жить да поживать
В знакомой клетке.

Любовь в утиль определим,
Детей - в резинку,
Уборку в доме учиним,
Ремонт и стирку.

Ему за все свои грехи
Свечу отчиним.
Забор сломался? Пустяки,
Забор починим.

С улыбкой от Мадам Роша
Я выйду в люди.
А то, что жизнь не хороша -
Другой не будет.



                   ***
Лизок, услада для души -
Беда для тела!
Я, собственно, писать решил
К тебе по делу.

Я не отец тебе, не брат,
Не сват, не отчим -
Но был с тобой знакомству рад,
Признаться, очень.

Нам не купаться - загорать;
И в шашки тоже
Мы не сумели доиграть,
И вряд ли сможем;

Не сядешь на меня верхом,
И не надейся -
Но ты не думай о плохом,
Побольше смейся.

Послушай пару добрых слов
И тьму советов:
Гони ты от себя козлов,
Как П╦тр шведов.

Ч╦рт удовольствий насулит -
Прикинься дурой;
А Бог любовью одарит -
Бери, не думай.

Не бойся, если вдруг темно,
Не бойся света...
И знаешь что: пошли в кино
Мои советы.


Когда сама смогла решить,
Иль отказаться -
Лишь на себя есть смысл грешить
И обижаться.

Тебе самой по речке плыть -
И быть рекою;
Тебе святой и грешной быть,
И никакою;

Жизнь делать для себя тюрьмой,
Любить - плодиться;
И выбрать предстоит самой,
И расплатиться.

И мужики начнут играть
Тебе по нервам -
Мне интересно было б знать
Кто будет первым.

Испробуешь и вкус вина,
И жажды жженье,
И жд╦т тебя твоя война -
И пораженье.

Вс╦ испытай и вс╦ забудь,
Но мой хороший -
Припомни Ялту как-нибудь
И дядю Л╦шу.

Пройд╦т совсем немного лет,
Ты  станешь дамой.
А будет счастье или нет -
Спроси у мамы.



                 ***
ОТ Гоморры и Содома,
Нищ и наг,
Колобок сбежал из дома -
Вот дурак.

На опушке снял избушку,
Ходит слух,
И зав╦л себе ватрушку,
Даже двух.

Возмущаются соседи -
Бабник, мол!
Но, однако ж, вот не съеден
До сих пор.

Хорошо ли или плохо -
Жив, урод.
Ну, а мне одна дорога -
Прямо в рот.

Я бы тоже покатился -
Будь здоров! -
Если бы на свет родился
Без углов.

                           ***     
Пусть ты себе порой удачно вр╦шь -
Дом бытия осел, прогнила кладка.
Ты так жив╦шь, как будто соль жу╦шь -
Я думаю, тебе не слишком сладко.

Я думаю, ты очень не права,
Когда своей любви боишься слепо -
Зерно должно пройти сквозь жернова,
Чтоб было из чего испечься хлебу.

Я - вот он весь: ни счастья за душой,
Ни веры, ни надежды, скажем, ясной;
И жизнь уже не кажется большой -
Но смерть пока не кажется прекрасной.

Возьми меня рукой небрежно так -
Потом сомн╦шь, и имени не спросишь.
Возьми меня хотя бы как пятак,
Который после нищим в руки бросишь.

Наш общий друг на небе второпях
Ослаб на память, стало плохо с дедом:
Я был Им здесь оставлен для тебя,
Но Он тебе забыл сказать об этом.

                          ***
Не самый худший, и не самый первый,
Не слишком мал, не очень-то велик -
Я из числа измученных и нервных,
Тобой забытых сыновей Твоих.

Я - подданный Твоих костей игральных;
Исполнил вс╦, что Ты мне поручил;
Возможно, жил непрофессионально -
Но Ты же сам меня не научил.

А где-то между пропастью и кручей
Была среди хлопушек и шутих
Припрятана на всякий разный случай
Одна из лучших дочерей твоих.

Свой промысел вершил благополучно,
Глаз не смыкал, заботился о нас;
Но, вдруг решив, что мне жив╦тся скучно,
Ты дал ей в руки веселящий газ.
Но неужели меж занятий прочих,
Когда Ты звал е╦ себе помочь,
Тебе меня убить хотелось очень -
И ты забыл, что это Твоя дочь.

Как гладиатор, загнанная в угол,
При виде смерти, ждущей у дверей,
Она меня размазала, как куклу,
Сыта по горло Волею Твоей.

Мне жаль е╦, она больна от скуки -
Хотя е╦ Ты жизни не лишил.
Но как она теперь отмоет руки,
Забрызганные каплями души?

Окончен бой. Эксперимент окончен.
Вс╦ убрано - пробирки и штатив.
И ясно мне: чтоб день приш╦л за ночью 
Есть лишь один возможный реактив.

Она - одна, как жизнь, как в ножнах сабля;
Прости, но и Тобой не заменить -
Из всех морей единственная капля,
Из всех одежд единственная нить.

Когда вдруг станет незачем и нечем
Тебе нас мучить, Главному Врачу -
Дай мне е╦, она меня излечит;
И я е╦, возможно, излечу.

Как самурай, вращающий мечами,
Кромсаешь нас со скукой на лице.
Ты дал нам смерть испробовать в начале -
Позволь хоть жизнь почувствовать в конце.
                        ***
Что имеем где-то в глубине мы,
Как привычку кушать и дышать -
Это страсть придумывать проблемы,
А потом успешно их решать.

Нам сначала кажется: мы вечны;
И на это знанье опершись,
Как-то нерадиво и беспечно
Мы себе выдумываем жизнь.

А она, присев удобней в кресло,
Не смыкает удивл╦нных глаз;
Ей смешно и очень интересно -
И она выдумывает нас.

Должен и о нас подумать кто-то -
Здесь отпустишь, там укоротишь;
Это очень тонкая работа,
Иногда за всем не уследишь.

...Жизнь спала, иль что-то отвлекло лишь -
Но на миг ослабила тиски.
Мы с тобою были, если помнишь,
В этот миг действительно близки.

Море говорило, море пело,
Море не приучено молчать;
Море просто знает сво╦ дело -
И за нас не хочет отвечать.

Нас рука Господняя касалась,
Что чреду последствий повлекло -
Вс╦ не так возможно, как казалось,
Вс╦ не так удачно, как могло.

Мне б тебя украсть в любовном зуде...
Но конец у сказки не такой:
Твой раздел начертан в Книге Судеб
До меня и не моей рукой.

                     ***
Как и все трудящиеся массы,
Труженики станов и полей,
Я с рожденья посещаю классы
Жизни и е╦ учителей.

Я валил контрольные работы,
К сроку не сдавал зач╦ты, и
Умирал, наверное, раз сотый
В поисках единственной любви.

Я не знаю - может, для оценки,
Ты, которой в принципе плевать,
И сама зел╦ная студентка,
Вдруг решила мне преподавать.

Очень быстро, нежный мой мучитель,
Я закон отчаянья постиг -
Может, не последний ты учитель,
Может, я способный ученик.

Я познал судьбы шить╦ и кройку,
Как бодрит тоска и лечит грусть...
Может, что-то выучил на тройку,
Но одно запомнил наизусть:

Есть резон разбрасываться спермой,
Смысла нет смешки судьбы терпеть -
Как любовь, не будет смерти первой,
И любви, единственной, как смерть.

 
                    ***
Она была большой волной,
Коварно хлещущей по нервам,
Она кричала подо мной,
Поскольку я был самым первым.

Мы были с ней на самом дне,
На высшей из вершин Памира,
И кровь на нашей простыне
Напоминала карту мира.

Бежала в ванную она,
И впопыхах включала воду,
А я некстати вспоминал,
Что завтра снова на работу.

                     ***
Когда мы тапочки оденем,
Когда опухнем ото сна,
И в совершенстве овладеем
Искусством видеть из окна,

Когда мы пива выпьем Волгу
И зубы все свои съедим,
Когда любить нас будут только
За то, что с внуками сидим -

Что был момент, когда тревожно
Качались с кармою весы,
Что было вс╦ ещ╦ возможно,
Напомнит дочь, напомнит сын.

Когда Харон билет заполнит
И нам в круиз по Стиксу плыть -
Захочешь ли ты  это вспомнить,
Или хотя бы позабыть?

                 ***
Отлично, ты - Наполеон.
Ура тебе, ура!
К тебе в при╦мной на поклон
Поклонная гора;

Корреспонденты прут толпой,
Снимается кино,
И вся Европа пред тобой,
Включая Строгино.

Ты грезил вс╦ перечеркнуть
Пометкой по полям
И снисходительно кивнуть
Своим учителям.

Ты покоряешь, как всегда,
Нахальством воробья,
И что в России холода -
Не мучает тебя.

Легко занять высокий пост
И выиграть войну,
Ещ╦ вдали не виден мост
Через Березину.

У вас такое впереди,
Любезный генерал!
Ты под Тулоном победил,
А значит - проиграл.

                        ***
Надежды прошлые мою забыли дверь,
А новых не предвидится пока.
У Вас холодная рука, мадмуазель...
Холодная и тв╦рдая рука.

                        ***
Ты спросишь: от любви я не устал?
Не надоело так вот жить - влюбл╦нным?
Спроси ещ╦, как плавится металл,
И больно ли ему быть раскал╦нным.

                         ***
У Вас, Лариса, как всегда, дела
И вечный беспорядок на столе,
Сестра блажит, капризна, но мила,
Примеривая мамин туалет.

Но выгляньте в окно, фортуны дочь -
И улыбн╦тесь странным мыслям Вы.
Светла от снега, кружит в танце ночь
Над айсбергами серыми Москвы.

Хрустящий холод, запах чебурек,
Как коврики в прихожей, ст╦рты льды,
И проступают сквозь парящий снег
Таинственные контуры мечты.

Луна резвится, мрачный херувим,
Даря предначертание сво╦:
Забыться от возможности любви,
Забыв о невозможности е╦.

                            ***
Замешкался в дверях, гремя ключами
И стряхивал с себя налипший снег,
И претворялся, что не замечаю
Невидящего взгляда из-под век.

Почти кивком спросила: Может, чаю?
И обращалась словно не ко мне.

И между нами горбилось молчанье,
И тихо затихало в тишине.

                            ***
Я не мечтал вводить Фантом в пике,
Не грезил, даже сидя на горшке,
Быть ирокезом или делаваром.
Про Канны, про Шанель и про Клико,
Про женщин, отдающихся легко,
Я не грущу за тульским самоваром.

По-русски смерть ... Ну как вам объяснить -
Как грызть орехи, как дрова пилить,
Себя не ограничивая квотой.
Не светит бронепоездам покой,
И кровь теч╦т, как водится, рекой,
А берега удобрены блевотой.

Приветствую, собравшиеся в ад;
Приветствую, убитый братом брат;
Самоубийца, пишущий записки.
Я не славянофильствую, но ведь
Я предпочту по-русски умереть,
Хотя уйти, возможно, по-английски.

За пазухой у русского Христа
Вдоль Мавзолея заняли места
Те, у кого под шляпой больше мозга.
И мы не вечны, но утешься тем,
Что нам не хватит у Кремл╦вских стен
Земли на холм и мрамора на доску.

Нас упекут в какой-нибудь Елец,
Или повесят, на худой конец,
Или под пули сами ляжем дружно.

На плаху, словно женихи в кровать -
Но вот невеста не спешит давать,
Она бер╦т - и сразу вс╦, что нужно.
 
                     ***
Господи! Когда, тоску сменя,
Дар судьбы в руках не умещался -
Я к Тебе за ложкой обращался.
Но теперь прошу не за себя.

Женщина в тво╦м хозяйстве есть -
Очень, знаешь, на Тебя похожа.
Разве что чудес творить не может,
Разве что не примеряла крест.

Господи, когда Ты глянешь вниз,
Разогнав погодные явленья -
Ты е╦ увидишь без сомненья.
Дай ей ... что-нибудь. Не поленись.

                        ***
Ты прид╦шь любовь свою вернуть,
Не сдержав жестоких обещаний -
Словно снова лампочку ввернуть
В кладовой, заставленной вещами,

Где устали в темноту смотреть
Мигами, минутами веками
Одинокий плюшевый медведь
И тетрадь с ужасными стихами,

Где среди ещ╦ простых вещей
Не видны под сенью этих сводов
Череда квартир и гаражей,
Пять мужей - и пятью пять разводов,


Где в руках - билет на небеса,
Ткань судьбы ещ╦ джинса, не марля,
Шевелится ветер в волосах,
Изгибая нас, но не ломая.

Не захочешь вечность замечать,
Как когда-то миг не замечала,
И не будешь знать, с чего начать -
И начн╦шь поэтому сначала.

Молча выйду двери отворить,
Молча соберу на стол покушать,
Молча буду что-то говорить,
После молча буду что-то слушать.

Закурить, конечно, разрешу,
Подливая в вазочки варенье,
Ерунды обычной не спрошу,
Продлевая каждое мгновенье:

Что за неизвестные моря
Отложили соль на этой коже;
До исхода жизни или дня,
Ты себя в попутчицы предложишь?

Как тебе отечество стиха
После царства бесконечной прозы?..
Эта жизнь не слишком велика,
Чтобы тратить время на расспросы.

                       ***
Я слежу за летящей звездой.
Если б жук так следил за листвой,
Он бы переварил вс╦ говно
И от голода умер давно.


Я не умер; я, к счастью, не жук,
Лишь до срока поблек и пожух,
Но сижу и на небо гляжу -
Почему, никому не скажу.

Потому что земля - без огней,
Потому что есть небо над ней,
Потому что греши - не греши
Ни без сл╦з, ни без зв╦зд не прожить.

Оттого столько прожитых лет
Подставляю ладони под свет
И которую ночь не усну,
Мысля: ну, да поймаю одну.

Что с ней делать, я после решу:
Может, на пиджаке поношу;
Может, даме какой откажу;
Может, просто в карман положу...

Ночь проходит - и руки пусты.
Со среды с высоты ни звезды.
Счастье - бред, и давно не секрет:
Зв╦зды падают там, где нас нет.

                     *** 
Толстозад и волосат,
Выгнут я скорей, чем вогнут;
Мне за сыном в детский сад,
А тебе - за счастьем в омут.

Я всю жизнь корчую пни,
Ты порхаешь между строчек,
У меня сплошные дни,
У тебя блажные ночи.


Я тебя люблю немного
Вс╦ ещ╦, ещ╦ пока,
Но любовь моя убога
И горька издалека.

И в объятиях нахала
Или скромника словах
На меня ты начихала
Где-то в мягких муравах.

Но поскольку мир устроен
В виде шара зв╦зд среди,
Будет настроенье - вспомни,
Будет время - заходи.

Твари самой раскакой
Надо жить, а значит кушать.
Любишь кушать? Так попой,
Я люблю тебя послушать.

Скоро будет вс╦ равно,
Что важней и интересней:
Пищу превращать в говно,
Или сны - в стихи и песни.

Скоро осень выйдет в сад,
Листья с веток посрывает...
Скоро нам с тобой плясать -
И скорее не бывает.

                          ***
Мышка мешкала, с кошкой играя;
Кошка мышку душила, любя...
Иногда я тебя забываю,
Иногда вспоминаю тебя.


Это ты, это я - ну а между
Поля нет даже в шашки сыграть,
Только странное свойство надежды
То рождаться, а то умирать.

Пустоту пустотой не заполнить,
Наготу наготой не прикрыть;
Но наверно нам было что вспомнить -
И наверно нам есть что забыть.

И гоня на меня, негодяя,
Негодуя, нашли мне напасть -
Но зачти: от тебя уходя, я
Ш╦л по краю, надеясь упасть.

В спальню ли, не согретую снами,
В захламл╦нных углов пустоту -
В дом любви, не построенный нами
Я войду и огонь разведу.

То ли таешь ты, то ли летаешь -
Только знаешь, чудно у огня
Думать, что ты меня вспоминаешь,
А потом забываешь меня.


НРАВОУЧИТЕЛЬНОЕ
            Д. Гузю и А. Ефимову

На волю рвутся окончанья нервов;
Вот женщина - бери, пока дают.
Пусть ты, увы, здесь далеко не первый 
Ведь это не последний твой приют.

Приличья ради может поломаться,
Но будь спокоен - загодя решит,

Предвидится ли шоу с консумацией
И утро с сублимацией души.

Успех куя, привычно атакуя,
Е╦ начало твой конец вместит...
Хотя б сейчас люби е╦, такую:
Глядишь, и Бог тебя таким простит.

                                       ***
Мы обвиняем смерть в бессмысленности действа,
Ведь в этой жизни нас так будет не хватать!
Зачем тогда всех мечт отчаянно хотеться?!
За что различных мук безрадостно страдать?!!

Мы ежедневно пь╦м коктейль любви и страха;
Глядимся в зеркала, не в силах осознать,
Что эта красота предстанет горкой праха,
И прелесть мира нас не будет волновать.

Зачем тогда земля вращалась столь ретиво?
И мир вращался с ней, пленяя новизной?
И, в частности, зачем вот эта банка пива,
Имеющая честь быть выпитою мной?

И, в частности, зачем душа владеет телом?
Не с той ли целью, чтоб в чреде ленивых лет
Покончить с чепухой - и Самым Главным Делом
В бессмертие себе наторговать билет?

Но вот исчезли мы командою с Целесты,
Бесценной жизни дар бесцельно раздаря -
И верить ли себе, что жизнь имела место?
И верить ли Гузю, что это было зря?

Не от того ли нам одновременно грустно,
Хотя сегодня мы на разных берегах,
Что в этом домино все кости пусто-пусто,
И съеден ферзь, и мы со швалью на руках?

Ведь вс╦ имело смысл, когда мы были вместе -
Хотя бы это ты признать себе решись
В тот миг, когда прерв╦т на интересном месте
Бессмысленная смерть бессмысленную жизнь.

                  ***
Мне сегодня поутру
Как-то вс╦ не по нутру.
Вот ещ╦ б найти причину -
В порошок е╦ сотру.


То ли это плешь видна,
То ли это жизнь одна,
То ли вспомнилась бутылка,
Не допитая до дна.

ДЕКЛАРАЦИЯ ЗАВИСИМОСТИ
         Пролетарии всех стран, соединяйтесь!
                            Народная мудрость

Как генерал - полковнику,
Как генералу - полковница,
Каждому герою-любовнику
Нужна героиня-любовница.

Это не просто прихоть,
Это как сердцу - плакать,
Это как трубке - пыхать,
Это как попе - какать,

Нужно, как кость - собаке,
Как яйцеклетке - сперма,
Как хулигану драки -
Даже нужней, наверно.

Для русских и для японок,
Для полек и для француженок -
Ваш подтвердит гинеколог -
Это вам тоже нужно.

Если в судьбу попутчик
Вам улыбн╦тся мило -
Не упускайте случай,
Не проходите мимо!

Так ли уж важно даже,
В Таврии или в Вольво?
Женщины - это не страшно,
Девушки - это не больно!

То вам нельзя, то не хочется
Трудиться в славу Отечества -
Это же плохо кончиться
Может для человечества!

Ну так лети, песнь боли
В юрту ли, в чум, в вигвам -
Женщины доброй воли,
Я обращаюсь к вам!

Нежные, добрые, милые -
Полно вам, не стесняйтесь.
Женщины всего мира,
С нами
Объединяйтесь!

                    ***
Когда я стану старым гуру,
И вы...у удачу, дуру,
Или судьба потехи для,
Возможно, вы...т меня,

Когда компот, поход и похоть
Врачи-злодеи запретят,
Когда низы уже не смогут,
Верхи уже не захотят,

Когда желания оставят
Любви ничтожного раба,
Мой бюст на родине  поставят,
И к бюсту зараст╦т тропа,

Я буду вовсе уж не страшен,
И сыт единой манной кашей,
И буду ждать гонца ОТТУДА,
И лет уж двести, как забуду

То, что мешает спать и кушать,
То, что сейчас волнует душу -
Волос огонь, глаз зеркала,
И прочие твои дела -

В объятьях милого дивана,
Страницы этого романа
Я вспомню за главой главу.
Конечно, если доживу.

                   ***   
Клятву здесь хотел бы дать я,
Пред лицом знам╦н,
Что мой папа был предатель,
А ещ╦ - шпион.

Он ходил со мною в гости,
В школу ш╦л со мной -
Но тогда же строил козни
Партии родной!

Одевал пальто из драпа,
В╦л меня в кино -
Но уже тогда был папа
С Троцким заодно!

Он играл со мной в игрушки,
На плечи сажал -
Но уже тогда на мушке
Кирова держал!

Комсомол пут╦вку в люди
Дал мне - я горжусь!

И от мамы, надо будет,
Тоже откажусь!!!

Мы ещ╦ сплоч╦нней станем,
За страну - стеной!
Пусть услышит дядя Сталин,
Папа мой родной!

                 ***
Закурив небрежно Яву,
По различные дела
Я иду - красив, как дьявол,
Неприступен, как скала.

Не одна тайком рыдает,
Деве боли нет больней,
И Минздрав предупреждает
Об опасности моей.

Мрут - вот провалиться в пропасть -
Бедные, как на войне.
Ум, должно быть, честь и совесть
Привлекают их во мне.

Мужики, коллеги, братья!
Будет масло вам на хлеб -
Ведь меня на всех не хватит:
Я поэт, не ширпотреб.

Кто-то, может, мне внимает
И украдкою зевает,
Потому что понимает,
Что такого не бывает.

Ясно, что с подобной рожей
Кто же мне захочет дать?

Но в такой-то день погожий,
Да в компании хорошей,
Да с пивком - помилуй боже,
Разве плохо помечтать?

                    ***
Бывает, провед╦шь рукой -
Накой?- сметая пыль с карниза,
Глядишь  и думаешь с тоской:
Скупа судьба-де на сюрпризы.

Раз в год в квартире убер╦шь
В отсутствие других событий;
Глядишь, при╦мничек найд╦шь
В каком-нибудь углу забытом,

И извлеч╦шь не без труда
Из-под какой-то телогрейки.
Что б не включить его, когда
Найдутся в доме батарейки?

Сгорел какой-нибудь диод,
Но он хрипит тебе на ушко,
Что жизнь скорей всего ид╦т -
Как в молодости, под подушкой.

Вот так и я, пока не сдох
Источник тока, в грудь впрессован,
Вс╦ слушаю - что скажет Бог
По поводу моей персоны?

Как ни старайся, ни лови -
Динамики чернеют немо:
В диапазоне волн любви
Рассчитана работать схема.


Вращай до немоты руки
Настройку, чтоб ей околелось...
Как эти волны коротки!
Короче, чем того б хотелось.

О Боже! Слишком шумен мир.
Прости, скудны мои успехи,
Несложно, если пуст эфир,
За голос твой принять помехи.

О Боже! Я оглох, хоть плачь,
Неужто треск тебя заглушит?
Скажи программу передач,
Чтоб знать, когда и что мне слушать!

Любовь, тоску, судьбу, пейзаж,
Отсутствие пейзажа даже -
Я принимаю вс╦, что дашь,
И в частности вс╦, в ч╦м откажешь.

Я принимаю вс╦ подряд,
Как трупы принимают в морге.
А что транзисторы горят -
Наверное, дефекты сборки.

                  ***
Между томов историй,
Стен, потолка, паркета,
Господи, в этом доме
Нет твоего портрета.

Шляпок гвоздиных ржа лишь,
Каждый на совесть вогнан.
Если не возражаешь,
Я помолюсь на окна.


Господи, в этом дыме
Ищешь любовь вс╦ реже.
Если не нужен ты мне,
Я-то Тебе зачем же?

Мудростью не отмечен,
Грязен, одежда мн╦тся,
И ни одна из женщин
В жизни не оберн╦тся.

Как на этапе ссыльный,
Ряженый в ложь мудила.
Разве что вот на сына
Силы ещ╦ хватило.

Так и жив╦шь-гадаешь -
Толст, неуклюж, простужен -
Если не покидаешь,
Значит, зачем-то нужен?

В блохах кобель облезлый -
В собственном разгильдяйстве,
Может, и я полезным
Буду в Тво╦м хозяйстве?

Кончи Ты эту муку
Иль замени другою.
Если не дашь мне руку -
Хоть помани рукою.

                 ***
Хоть из-под пива тарой,
Хоть для кота подстилкой,
Даже ботинком старым,
Даже гвозд╦м в ботинке,


Просто одной из скрепок,
Листья судьбы держащей -
Я ещ╦ ох как крепок!
Только прошу нижайше:

Делишь Ты или множишь,
Муча костяшки сч╦тов,
Если, конечно, можешь,
Боже, не будь расч╦тлив.

Если в твоей корзине
Что-то ещ╦ осталось -
Господи, дай мне силу;
Господи, дай мне слабость.

                  ***
Убога грязная квартира:
Пыль на вещах, хозяин в щах.
От туалета до сортира -
Один неуловимый шаг.

И жизнь уже не жизнь, а мука.
И смерть, как только смерть, легка,
И вы изводите друг друга
Из-за пакета молока.

С ума мы посходили, что ли? -
Ты в изумленьи тр╦шь виски, -
Ведь было что-то в этом доме
Помимо боли и тоски,

Помимо Сциллы и Харибды.
Ведь было вс╦ в былые дни,
Пока не сорвалось: Гори ты
Огн╦м! Или в воде тони.


Вот так и мы за перестройкой
Отвыкли мусор в урны класть,
А нас в Наш Дом набилось столько,
Что негде Яблоку упасть.

И только по гостям намылясь,
Готовы час себя тереть:
Сво╦ говно очей не выест,
А прочим незачем смотреть.

Конечно, и в дерьме жить можно,
Ходя по собственным следам.
Но это нам ужели вс╦ же,
Здоровым лбам, не по зубам? -

Во дни всемирного разора,
Когда уборка не в чести,
Не вывозить из избы сора -
Хотя бы тряпкой провести.

СТИХИ О БЕССМЕРТИИ
                 Кащею Бессмертному,
                 Дункану Мак-Лауду
                 и Кате Шкуратовской

В праве на жизнь, на суму и тюрьму,
Всех под опеку беря,
Бог не отказывает никому -
Даже таким, как я.

Там, где растратчики перевелись, -
Впрочем, куда от них Русь? -
Должен же кто-то растрачивать жизнь,
Значит, и я пригожусь.

Жизнь на земле появилась не вдруг -
Стало быть, знает места.
Если уродства не будет вокруг,
На фиг нужна красота?

Это не кара, не карма не месть -
Просто на кучах тряпья
Должен один из бомжующих здесь
Думать, что любит тебя.

Сказ, значит, весь, и в бутылку не лезь.
Угли обычно в золе.
Нам ещ╦ долго соседствовать здесь,
На неуютной земле.

Да поразит мою печень цирроз
До окончания дня,
Если в тот день ты поверишь всерь╦з
В то, что забыла меня.

Пиво ли пить, иль из пыли лепить,
Каждому что-то дано.
Мне суждено тебя вечно любить -
Даже представить смешно.

Вот ведь кредиты! Но наверняка
Мне не дано их вернуть.
Ты же сработана как на века -
Столько мне не протянуть.

К счастью, бессмертьем с плеча своего
В приступе доброты
Бог не одаривает никого -
Даже таких, как ты.

                   *** 
Ты добра - это твой кон╦к,
Как сестра. Я твой брат ван╦к.

Ты мудра, я бы так не смог:
Ты с утра не заводишь склок.

До тебя, даже в те года,
Той, которая та - куда?
И, конечно, не так добра
Та, что из моего ребра.

Окружая меня тюрьмой,
Как бы ты не шептала:"Мой!",
Не хватает одной кости -
Это не излечить, прости.

Как бы ты ни была близка,
Бь╦т тоска попер╦к виска;
Жж╦т дыра там, где нет ребра,
Как бы ты ни была добра.

Дай ей Бог - есть и м╦д, и йод,
И не хуже других жив╦т,
Но когда не одна, вдво╦м -
Может, колет ребро мо╦?

                     ***
Мне кажется, я тяжело болею,
Мне б на при╦м к хорошему врачу.
Я жить легко не то чтоб не умею,
А просто не могу. И не хочу.

Мне б у тебя искусству поучиться
Побольше взять и ничего не дать -
И что за парень мог бы получиться!
И что за бабы стали бы страдать!

Ты эталон. Ты многого не хочешь.
Не жизнь жив╦шь, экзамены сда╦шь.
Ты не чудишь, в блокнот стихов не строчишь
И невес╦лых песен не по╦шь.

За анекдот приняв однажды сказку,
Ты жизнь вед╦шь к победному концу;
Ты одеваешь равнодушья маску
И думаешь, она тебе к лицу.

Прости, что подозрением обидел,
Но я тебя, наверно, раза три
Смотрел на свет, и думаю, что видел
Ещ╦ живую душу там, внутри.

И если так - задуматься бы стоит,
Что тот внекалендарный день прид╦т,
Когда она все льды твои растопит
И все преграды на пути смет╦т.

Умчится вдаль дорогу к счастью вызнать,
Затопит страсть к спасательным кругам
И унес╦т осколки прежней жизни
К каким-нибудь дал╦ким берегам.

Пускай судьба смеялась и сме╦тся,
Пускай Господь прибор на нас клад╦т -
Ты тот цветок, который ищет солнце,
И я боюсь - когда-нибудь найд╦т.

                     ***
Ты в толпе издалека видна,
Помесь незабудки и змеи,
И сме╦шься - ну совсем она.
Впрочем, это к слову. Извини.

У тебя не лучше многих грудь,
Что знавала, впрочем, времена;
Ночью ты подвижна, словно ртуть;
Словно ртуть, ты по утрам вредна.

Разве что под действием вина
Кто пад╦т перед тобою ниц.
Ты на роль принцессы не годна -
Но и я ведь, собственно, не принц.

Ты избытком счастья не больна,
Но вес╦лый сохранила нрав.
Ты пьяна с вином и без вина.
Как она... Прости, опять не прав.

У тебя похожая беда,
Но молчу, нейтралитет храня,
Про кого ты думаешь, когда
Долго-долго смотришь сквозь меня.

Нам с тобой, как фишкам домино,
Вс╦ одно - мы совпад╦м и впредь.
На роду, как видно, суждено:
Долго жить и вместе умереть.

На кого б тебя не поменял -
Поменяю не тебя, бель╦.
В темноте, под снегом одеял
Все вы так похожи на не╦.

ОДНО БОЛЬШОЕ СТИХОТВОРЕНИЕ

Восхищусь стеною новой,
В целом мире нет белей;
Но одно большое слово
Нацарапано на ней.
Я различных слов не против,
(Сам, бывает, как наддашь!)
Но оно немного портит
Окружающий пейзаж.

Так жив╦шь хлыщом с картинки,
Но под тряпками, внизу,
Грусть свербит гвозд╦м в ботинке
Или прыщиком в носу.

Мне бы над судьбой не плакать,
Баб копать, стишки кропать -
Но одна большая память
Не да╦т спокойно спать -

Что в одном большом начале
По-крестьянски, без затей
Нас зачем-то всех зачали
От одних больших мудей.

С той поры вот так и сохнем
У одной большой реки...
И когда мы только сдохнем
От одной большой тоски?!

                 ***
И мы знавали времена,
Поближе к сессионной сдаче,
Когда с рассвета до темна
Решаешь разные задачи,

И не выходишь на проспект
В надежде выйти на экзамен,
И поливаешь свой конспект
Балбеса горькими слезами.


И слаще утешенья нет
В той просвещения темнице,
Когда желаемый ответ
Содержит некая страница.

На совесть гавкнешь:"Отвяжись!",
И -  в новый путь, к иным свершеньям.
Ответ готов. А значит, жизнь
Не надо усложнять решеньем.

Ах, жизнь - то хрящик, то филей!
Чему нас в институтах учат?!
Твои задачки посложней
И требования покруче.

Раб лампы, властелин колец -
Мы все равны за партой этой,
И можем только под конец
Проверить правильность ответа.

Вот так жив╦шь, жив╦шь, жив╦шь,
К себе исполнясь уваженьем,
Всю жизнь контрольные сда╦шь,
Пыхтя над правильным решеньем,

Тасуешь цифры, а в душе
Шевелится сомненья гидра,
Что некий двоечник уже
С ответами страницы выдрал.

            ***
В мире суетном
Жизнь бедна,
Предсказуема
И бледна.


Скуден спектр весь.
И не в новь
Нам ни ненависть,
Ни любовь.

Преднамеченность
Не сломить;
Жизни нечем нас
Удивить.

Пропадай в пивных
И толстей
Без особенных
Новостей.

И в лишениях
Нам дано
Утешение
Лишь одно:

Что прид╦т потом
Смерть красна -
Хоть какая-то
Новизна.

                 ***
Ты отходишь от окна,
К сну готова,
И будильник ставишь на
Полшестого.

Завтра снова надо быть
Где-то в девять;
Завтра снова как-то жить,
Что-то делать.


В душе вымылась уже
И разделась,
А различных миражей
Насмотрелась.

Лучший из сорвиголов
Спать уложен,
А различная любовь -
Это в прошлом.

Завтра грузом новых дел
Сплющит плечи,
Будет утро, будет день,
Будет вечер,

Будет радость, как компот
Ягод прелых,
И надежда бросит под
Новый лемех.

И с каким-нибудь котом
Сильно нежным
Будешь пить тоску со льдом,
И конечно

Будешь путать новый блуд
С новым счастьем.
А меня - кому-нибудь
На запчасти.

КОМПЛИМЕНТ

Когда вода сгорала со стыда
За нашу неуклюжую влюбл╦нность,
И неумелых пальцев суета
Усугубляла кожи раскал╦нность;

И под напором страсти половой,
Как под отв╦рткой распоследний винтик,
Мы прятались друг в друге с головой
И думали, что нас никто не видит;
Когда я от гормонов окосел,
Как путник задыхается от пыли,
И не без доли зависти смотрел
На нас весь пляж, а мы на вс╦ забили,
Я думал: снялся мой корабль с мели,
И лишь любовью впредь я буду занят
Теперь, когда все женщины мои,
Хотя, возможно, этого не знают,
Ужо я покажу, во что горазд!
От мыслей задних вспух рельеф передний.
Лиха беда начало, первый раз -
Дай бог, как говорится, не последний.
Что ты? Пустяк, по юношам разряд,
Трусца душе и тренировка нервам;
И к завтрашнему дню тебя затмят
Спортсменки олимпийского резерва.
Какие горизонты впереди!
Приходит час обманщиц и изменщиц,
И ждут меня на жизненном пути
Ряды актрис, певиц и манекенщиц!!!

Но вот, спустя достаточно морей
И берегов, поверхностей и трещин,
Ты оста╦шься в памяти моей -
А я знавал не самых худших женщин.

                                  ***
Волненье в народе, и вроде уже не в моде
Заламывать руки, замаливая грехи,
И с Богом заводит душа разговор о погоде -
Откуда и так называемые стихи.

Удачи играющим в прятки - у них вс╦ в порядке,
А мы от тр╦хрядки Калашникова заторчим,
На нашей на грядке устроим всемирные блядки.
Топор - это лезвие для настоящих мужчин.

По разным приметам зима наступает за летом,
Но впрочем, об этом поэтам известно давно.
По жизни с балетом, а там -
С комсомольским приветом
Туда, где обычно темно, да не вс╦ ли равно.

На первое спирт, на второе, и водка на третье,
Начало строки, многоточье, конец строки...
Россия, кончина второго тысячелетья -
Не самое лучшее время писать стихи.

                     ***
Ты не можешь быть другой,
Как прямая быть дугой,
Как пустыня быть рекой -
Ни хорошей, ни плохой.

Значит, мы, как на духу,
Друг у друга не в долгу.
Скажем, писать на бегу
Я ведь тоже не могу.

                  ***
Сколько не рисуй картин,
Храмы возводя великия -
Бог на нас на всех один,
Остальное вс╦ религия.

И на всю на нашу смесь,
Уж такие мы животные,
Смерть - всего одна болезнь.
Остальное - производные.

Выскребешь себя до дна -
Ни мыслишки повесомее.
Есть одна, и та бедна,
Остальное - философия.

Вс╦ делишки да дела,
А в конце - куда мы денемся?
Как нас мама родила,
Так и в мир иной оденемся.

Не обманешь, не совр╦шь;
Всем расти, а после стариться.
Вот возьм╦шь, да ка-а-ак помр╦шь -
И чего тогда останется?

Ни за фук, за полцены -
Ручки - ножки, попки - плечики -
Да кому мы все нужны,
Человечки, человечики?

                        ***
Где те ╦мкости, чтобы вместили
Море наших обломов и лаж?
Всех бомжей не поселишь в квартире,
Всем калекам здоровья не дашь.

Бь╦мся мы, проявляя геройство,
Кто за кресло, а кто за кровать.
Хитроумное наше устройство
Не мешало б запатентовать.

Вс╦ в избытке: крестов на могилы,
Нам - гробов, пациентов - врачу,
Умным дури и знаний дебилам,
А дерьма просто ешь - не хочу.

Всем хватает, и даже помногу.
Слава Богу за мир и войну;
И спасибо за каждую ногу -
Дал же две, а ведь мог бы одну.

И вода то зам╦рзнет, то стает
Справедливою волей его.
Не-е-ет, чего-то опять не хватает,
И я, кажется, знаю - чего.

Нас с рождения слепит и глушит
Перманентная фаза войны.
Между частностей и безделушек
В самом главном мы обделены.

Зря мы рв╦мся, как дервиши в Мекку,
За надеждой, которая - ложь.
Даже на одного человека
В целом мире любви не найд╦шь.


                  ***
Мечтая о порывах чувств,
Не мудрено и умориться.
Я от таких вещей лечусь -
Чего и вам, как говорится.

Подстерегая за углом,
Любовь свед╦т, в постель уложит...
Ан, глядь, какой-нибудь облом.
Что нового она предложит?

Бутылка водки и матрас -
Не надо слов, цветов и пиршеств -
Сия романтика для нас,
Вс╦ простенько и без излишеств.

Мне жаль тебя. Мне жаль того,
Что ты неравнодушна к принцам.
Ох, не к добру, скорей всего,
Тебе и дн╦м и ночью снится

Что где-то в мире ходит Он -
Кум королю, отец солдатам,
Ну натуральный князь Гвидон,
Нам, необрезанным, куда там!

Что Он прид╦т, яйца крутей,
В ненашем вс╦м, с нездешней мощью,
Тебя полюбит и детей,
И даже будущую т╦щу.

Я знаю, что мой час пробь╦т:
Над хладным трупом жизни частной,
Когда бессильны бинт и йод,
Я так скажу тебе, несчастной:

- Усиля в голосе надлом,
Что хнычешь, как объелась луку?
Вс╦ грезила? -  И поделом.
Мечтала вс╦? - И по заслугам.
В трусах вонючих весь наш шик,
И Паниковский - брат Корейки,
Мужик - и в Африке мужик,
Что в смокинге, что в телогрейке.

Вс╦ сбудется, как в сне дурном:
Любви - что крокодилов в Ниле,
Ты будешь полита вином
И трахнута - на пианине      

                     ***
И не так чтоб совсем убогий -
Но попробуй, спокоен будь,
Если ходят такие ноги,
А над ними - такая грудь!

Ледоколом взрывая город,
Выступает такая стать,
Что рванувши спецовки ворот,
Так и хочется ей сказать:

- Дорогая, к чему все эти
Фигли-мигли, ужимки, бля?
Ты представь, что на белом свете
Нас осталось - лишь ты да я.

Не кривись на мента воровкой.
Я, конечно, не слишком крут -
Но с усердием и сноровкой
Выполняю несложный труд.

И когда на родном заводе
Все в запарке сбивались с ног,
Вспоминали не мать с Мавроди -
Про меня и про мой станок.


Жирен волос? Обкусан ноготь?
Так не из лесу вышел вить -
Для того, чтоб тебя потрогать,
Даже руки готов помыть!

Не чинись и не будь чужою,
Не ломайся и будь моей,
И попавшей под хвост вожжою
Не буди в мужиках зверей.

Я от подлой судьбы-индейки
Принимаю расклад любой -
Я готов даже тратить деньги,
Заработанные тобой!

Я б тебя то ласкал, то лапал
В неизбывном порыве чувств...
А не стряхивать пепел на пол
Я со временем научусь.

                    ***
Я живу в сердечной смуте
Уж недели две подряд.
О любви умнее люди
Ну такое говорят!

Мне ли, Ване-недоумку,
Новое изобрести?
Это как с поклажей сумку
На плече сво╦м нести:

Человек вс╦ блудит, блудит,
Злая лямка тр╦т плечо...
А когда любви не будет -
Будет что-нибудь ещ╦.


                   ***
У Сальери в дому хозяйка -
Не спаси-приведи Господь:
Измывается разно-всяко,
Вс╦ б ей сподличать, уколоть.

Близорука, суха, как палка...
Вот ей где эта молод╦жь.
Вроде выгонишь - денег жалко,
А не выгнать - сама дойд╦шь.

У старухи терпенье тает -
Свет всю ночь у него горит.
То посудой гремит - страдает,
То по клавишам бь╦т - творит.

Был бы тенор какой, бельканто,
Из военных жильцы ничего.
Но вот этого музыканта -
Ну не любит она его.

Он ей в доме не то что мухи -
Таракана не раздавил,
А она распускает слухи,
Будто Моцарта отравил.

                     ***
Снег шел лавиной нежных стрел,
Все падало, неслось, вертелось.
Шел, как на собственный расстрел -
Ему быть вовремя хотелось.

А днем под ласкою тепла
Он быстро стал горелой коркой...
С тех пор как будто жизнь прошла,
И мне уже давно не горько,

Что ты, как гоголевский нос,
Пренебрегла и ввергла в муки.
Я стал подумывать всерьез:
А не влюбиться ль на досуге?

Да, без тебя хоть в гроб ложись -
Но не совсем еще труба ведь.
Есть вся оставшаяся жизнь
Плюс вся оставшаяся память.

И надо набирать очки
Своей ракеткою дырявой,
Смакуя нежности бычки,
Как будто Яву на халяву.

На дурака и жив пока -
В помятом и потертом виде,
Смирившись с участью быка,
Мечтающего о корриде,

Как будто снова намело
Поверх запекшегося наста...
С тех пор и жизни не прошло -
Я не могу любить так часто.

              ***
Бритвенною пеной
По ножу
Я иду степенно,
Не спешу,

Тешусь думой мудрой
За народ,
Потребляю внутрь
Кислород.


Сам себе эстрада,
Колизей;
Ни врагов не надо,
Ни друзей,

Ни воды не нужно,
Ни вина -
Отражалась в луже
Бы луна,

Делал бриз бы тихо
Свой массаж,
Остальное - прихо-
ти и блажь.

Вот земля, вот воздух,
Вот вода,
Вот в различных позах
Суета,

Вот сложенье строчек,
Ремесло,
Можно жить, короче,
Повезло.

Можно бегать утром,
Можно пить,
И тупым, и мудрым
Можно быть,

Можно плавать в море
Нагишом...
В общем, в смысле горя -
Хорошо.

Загорай - купайся,
Сном греши,
В девушек влюбляйся,
Да пиши,

Да пойми, сколь бренна
Суета,
Да стучись смиренно
Во врата,

Чтоб Господь на коде
Отвечал:
"Много вас тут ходит
По ночам!"

         Девушке  Алле из Чернигова

Не устану любоваться -
Веселей занятья нет -
Как с усердьем камикадзе
Мошкара летит на свет.

Как чернила промокашку,
Застит свет их роя тень.
Что им, божиим букашкам,
В этой праздной суете?

И по скромности сужу я:
Значит, верно, стоит жить,
Чтобы в пыльном абажуре
Славный путь свой завершить.

Ведь и нас с рожденья к счастью
Зыбкий свет зовет вперед;
Ан глядишь - приехал, здрасьте,
Поезд дальше не идет.

Что за грустная затея,
Будто больше дела нет,
От усердия потея,
Все лететь, лететь на свет,

Жадно пламени касаться,
Обожженным падать вниз...
Можно, впрочем, отказаться -
А потом жалеть всю жизнь.

ОПТИМИСТИЧЕСКОЕ

Когда твоя звезда погасла -
Ни насорить, ни подмести,
И даже сливочное масло
Не в силах каши вкус спасти,

Поистрепался шляпы фетр,
Да и волос под фетром нет,
И за сто первый километр
Готов послать весь белый свет,

Когда с лихвой на теле хватит
Прыщей, конечно же, не ран,
И с голодом твоим не сладит
Наикрутейший ресторан,

Когда рябит и гаснет телек,
И что ни карта - то не в масть,
И даже кошелек без денег
Вор умудряется украсть,

При виде дам уже зеваешь,
Мельчает ум, растет живот -
И вот
             однажды понимаешь,
Какой ты, право, идиот.


В последний от кутюр оденься -
Все, братец, смотришься бомжом.
Ешь, что дают - и не надейся,
Что завтра будет хорошо.

                      ***
Когда печаль - тоска грызет,
Жизнь спуталась в клубок,
Все жду: глядишь, да повезет -
Есть Бог.

Когда от бед прыщи идут,
Уже числа им несть,
Держу последний свой редут -
Бог есть.

И лишь когда найдет рассвет
В каракулях листы,
Мне кажется, что Бога нет -
Есть ты.

                        ***
Криминальным сумраком окраин
Человек проходит, как хозяин.
Вьется по-над ним, как свита
Запах выпитого спирта.

Я скорблю от имени народа
По причине этого урода.
Из-за этаких уродов
Возросло число разводов.

Но затем, поправ мою брезгливость,
В мире торжествует справедливость.
Он урод, а я народ?
Дудки, все наоборот.

                             ***
Я, что твой Станиславский - не верю.
Жизнь безрадостна, смерть не страшна.
Думал, счастье скребется за дверью -
Оказалось, с работы жена.

Все хотелось любви, не интрижки,
Чтобы встретила бездна, не дно,
Не сухарики чтоб, а коврижки,
Вместо рыбьего жира - вино.

Все сбылось - иль стряслось? - ненадолго,
И на шкуре узнал, не из книг,
Что потом начинается ломка
И надежда вернуть этот миг.

Да куда! Ерунда, не судьба ведь.
Лишь под утро нет-нет, да кольнет:
Это боль превращается в память,
Как вода превращается в лед.

Вот и ходишь походкою валкой
По развалинам жизни, что вий,
Ковыряя тоскою, как палкой,
Разложившийся трупик любви,

Скуки ради играешь во Фрейда,
Душу жжешь, как сырые дрова -
Так играет волшебная флейта,
Позабывшая звук волшебства.

Стрелки кружатся листьями с веток,
Время капает потом со лба.
Не оставив полей для пометок,
Написала сценарий судьба,

Ставит пьесу с азартом привычным,
Где сюжетом не вымысел - ложь.
Роль не выцыганишь поприличней,
Декораций светлей не найдешь.

Кабы думали мы, кабы знали,
Если б каждый желающий мог
Кое-что переделать в финале,
Пару сцен приписать под шумок,

И при свете софитов, сурово
В супостата вогнавши металл,
Сделать паузу мастера слова,
Чтобы зал в умиленьи рыдал.

Но закладкой судьбу не заметить.
Перелистывай, рот не криви,
Прозу жизни, поэзию смерти
В пестрой суперобложке любви.

Отовсюду попрошен и выперт,
Гляну в небо, картуз теребя:
Боже, дай мне чего-нибудь выпить -
И тогда я поверю в тебя.

                       ***
Военачальником средней руки,
По кабинетам полжизни угрохав,
Харкая кровью, в атаку полки
Мне не пришлось поднимать из окопов.

К жизни цепляясь с упорством репья,
Вечно боящийся порчи и сглаза,
Даже в солдатики сам у себя
Я не выигрывал в детстве ни разу.


Бит соплеменниками и судьбой,
Не выходил без фингала из свары;
Юный суворовец, словно "Плейбой",
Не зачитает мои мемуары.

Только надеюсь, до смерти устав,
Навоевавшись до колик и рези:
Даже все битвы свои проиграв,
Был ведь и я не совсем бесполезен.

Выйдя в отставку, в дому у реки,
Может случиться, и я на досуге,
В память, как в карту, втыкая флажки,
Сделаю вклад для военной науки:

В мире, где мною не прожито дня
Без перестрелок, маневров, сражений,
То, как она не любила меня,
Может быть, лучшее из поражений.
                          
                  ***
Если б жизнь моя была,
Как у горного орла,
Я б парил под небесами,
Позабыв про все дела.

Я б не членствовал нигде, 
Думал только о еде,
Пауком бы не был в банке
И свидетелем в суде.

Я последние глаза 
Проглядел на небеса,
Вдруг оттуда чей-то голос 
Отвечает - чудеса!


Каждый клоп, ядр╦на мать,
Хочет космонавтом стать.
Кто б тогда в земле копался,
Если б все могли летать?

Крыльев на заказ не шьют,
Чти, червяк, земной уют.
Вс╦ останется, как было,
Богу взяток не дают.

                       ***
Ну сколько можно жить, решая,
Зажав мою судьбу в руке:
Кто я тебе - на нитке шарик,
Или кобель на поводке?

Позволишь ли исчезнуть в небе -
Всего-то пальчики разжать! -
Иль будешь на воде и хлебе
Последней шавкою держать?

Как всякий зверь на волю рв╦тся,
Я рвусь на волю. Но пока
Вс╦, что мне в жизни оста╦тся -
Ошейник, поводок, рука.

Ничем - ни подкупом, ни лестью -
Не пересилить  этих чар.
Что обрастаю  длинной	 шерстью,
Мне стало сниться по ночам.

Пусть я ещ╦, тоской убитый,
Глядеть пытаюсь молодцом -
Уже мне мнится аппетитным
Мясной собачий рацион;


Уже рычать не забываю,
Вилять хвостом, ронять слюну,
Уже тихонько подвываю
На одинокую луну,

Сквозь униженье и обиду
Я говорю себе: - Держись!
Ещ╦ чуть-чуть - в твою защиту
Организует марш Гринпис.

Любимая! Будь я волшебник, 
Будь ч╦рт мне близкая родня -
Не смог бы перегрызть ошейник, 
На коем держишь ты меня.

Последней нищенской подачкой
Освободи меня - и пусть
Я потерявшей вкус жевачкой
На тротуаре окажусь.

Ага, заела, значит, совесть!
Не пода╦шь команд "К ноге!"!!
Я наконец свободен!!! -
То есть 
На длинном-длинном поводке.

                          ***
Судьба слегка пришпорила бока -
А я и рад, что доминошник  "рыбе".
Смерть так близка, и чаша глубока;
Но жив пока - 
попробуй-ка,
Не выпей.

И пь╦шь, давясь и морщась - как не пить -
Из этой горькой прорвы. И однажды
Умр╦шь, пытаясь капли ртом ловить -
Но разве лучше умереть от жажды?

Спеша о кромки губы обрезать,
Всю жизнь свою расхл╦бывая лажу -
Ужель спасибо не за что сказать
Руке, однажды давшей эту чашу?

Среди морей, которые прожил,
Которые прош╦л, пролил и пропил,
Ведь был момент, который освежил -
Который жил! - покуда час не пробил.

Я помню этот миг: лишь Я и Ты.
 Вселенная замедлила движенье;
В ней оставалось только две звезды,
Одной любви два ярких отраженья.

Последний вздох идущего ко дну,
Прозрение с рождения слепого -
Две жажды родили любовь одну,
Чтоб после в жажду превратиться снова.

Разверзнется ли хлябь, сомкн╦тся 
твердь -
Припомни, а  важнее что нашлось ли?
Вс╦ остальное - медленная смерть.
Нет в жизни ничего ни до, ни после.

Лишь миг жив╦шь: спугн╦шь - и не вернуть.
Не смей взглянуть, 
не вздумай отвернуться;
И если это явь - не дай заснуть,
А если это сон - не дай проснуться.

                              ***
Я ходил мальцом в зоопарк с отцом,
И - не знаю, по малолетству, что ли? -
В волчих глазах, налитых свинцом
Подлецом себя ощущал на воле.

Я за ним следил из толпы мудил -
Сам такой, с чего привязался к зверю?
Разве он один по углам ходил?
Разве он один жизнь шагами мерил?

Мерил он тюрьму, как огонь в дыму,
И глядел на нас с непрекрытой злобой.
Эта память мне, не пойму, к чему?
Кто я был ему? Пожалел с чего бы?

Сват ли, брат ли, зять? Да и то сказать -
В голове сквозняк, фантики в кармане,
Ни двух слов связать, ни чего 
сплясать -
Где уж зализать, скажем, кровь на ране!

Но с тех пор пострел малость постарел:
И в спине прострел, и в кармане фиги;
Не один уже пережил отстрел
И остался лишь разве в Красной Книге.

Словно мхом на пне, заросло на мне...
Съезжу в зоопарк, повидаю брата -
Я ходил волком от стены к стене,
От любви до не-
нависти - и обратно.



                               ***
Я люблю, когда приходит осень
Первым светом в сон сомкнутых вежд -
Женщина вот так улыбку носит,
Втайне избавляясь от надежд;

Так король, отрекшись от престола,
Гордо жд╦т прихода палача;
Так бездонный гроб пустого дома
Освещает малая свеча.

Ожерелья птиц, сниженье неба,
Лес в его предсмертной красоте,
Пальцы ветра, ищущие  слепо 
То, чего не отыскать нигде.

Пятна луж, готовые зам╦рзнуть
С первым дуновением зимы;
Убранных полей пустые д╦сны -
Жизнь, в которой заблудились мы.

В памяти, как сундуке, мешая 
Долгих лет пустую череду -
Как обычно, осень провожаю;
Как обычно, снова осень жду.

Так же ждут с работы мужа в восемь,
Снова ставя на плиту обед...
Я люблю, когда приходит осень;
А когда она уходит - нет.

                         ***
Дверь открыла и вошла без стука,
В дом впуская снега круговерть,
Древняя, древней земли, старуха.
- Как тебя зовут, старуха?
- Смерть.

Выводила томные рулады
За окошком хриплая метель...
- Что же, ты не та, которой рады -
Но тебя не выставишь за дверь.

Заходи. Побалуйся вареньем.
Вот обед, последняя из свах...
И чуть слышно, погодя мгновенье:
- Ты ко мне по делу, или как?

- Что ж, спасибо, можно пообедать, -
Молвила, усмешки не тая, -
Просто я зашла тебя проведать
По дороге в дальние края.

Просидела молча ночью долгой,
Вслушиваясь в песню января -
И своей отправилась дорогой,
Лишь едва помедлила в дверях:

- Помни обо мне.
- Ты помни тоже. Далеко ли, близко?
- Что гадать. Я зайду когда-нибудь... попозже.
- Приходи, конечно, буду ждать.

Дверь закрылась медленно, без звука,
Поглотила снега круговерть
Древнюю, древней земли старуху
Смерть.

                    КУРСК

В этом городе я даже не чужой,
К счастью местных колдунов и ворожей.
Этот город не такой уж и большой -
Кучка труб, домов и гаражей.

Здесь стоянка коротка, как жизнь,
И плоха эпоха, но пока
Вниз спустись, чтоб пивом запастись
Под недобрый взгляд проводника.

Я случайно оказался здесь
По дороге в т╦плые края.
Отчего ж в глазах такая резь,
И пейзаж сливается, троя?

Не знаком живущим тут блядям,
И не нюхал по церквам кадил,
Не ходил по здешним площадям,
И по переулкам не ходил.

Но напомнит шелестеньем вяз,
Но подскажет ш╦пот птичьих крыл:
- Здесь любовь когда-то родилась,
Если ты, положим, подзабыл.

Я об этом знал - с е╦ же слов.
Но, конечно, был в моих глазах
Этот город за порогом снов,
Где-нибудь высоко в небесах,

Где-нибудь на облаке... Ан глядь -
Вот же он, любезный, во плоти!
Можно здесь немного постоять,
Можно даже чуточку пройти.

Чем не шутит ч╦рт! - Судьбой ведом,
Я найду узлы е╦ корней;
Мне о ней расскажет каждый дом,
Каждый столб поведает о ней.
Я бы по кирпичику готов
Перебрать весь этот город, но
Не осталось здесь е╦ следов,
И она здесь не жив╦т давно.

Этот город без не╦ - ничто,
Как и все другие города.
Здесь она жила тому лет сто -
Думаю, он больше был тогда.

Без не╦ он уместится весь,
Словно смерть Кощея, на игле...
Мы и познакомились не здесь -
А в бурлящей кипятком Москве.

Смерть пришла не оползнем со скал,
Не грозой нежданною крутясь -
Я к любви как будто привыкал:
Исподволь, шутя, не торопясь.

Зверем боязливым круг сужал,
Пробовал, как пальцем - острый меч;
Как трава - дождя, покорно ждал
Неслучайных и случайных встреч.

...Зря, конечно, я от счастья прел,
И стихов тетрадку исписал.
Впрочем, я был принят при дворе -
Словно из провинции вассал.

Но настал момент, когда судьба
Дань взяла и стрелки развела.
Понимая, что теперь - труба,
Я простился:
-  Не попомни зла,


Будь, до инкарнации другой...
И - последний вызов королю -
Двери лифта придержав ногой,
Обреч╦нно выпалил: 
- Люблю!

Не перевернулся мир - сюрприз! -
Мне спокойный взгляд ответом стал.
Лифт закрылся, я уехал вниз -
Собственно, чего и ожидал. 

В общем, мой не самый лучший день.
После по чернеющей Москве,
Ни домов не видя, ни людей,
Я гулял, как ветер в голове.

Ш╦л, от нервов пользуя цигун.
В это время где-то ш╦л футбол;
И за мною н╦сся р╦в трибун -
Это наши вколотили гол.

...Я ещ╦ потом с цветами лез,
Как дурак, не досыпал ночей.
Но знакомство наше наконец
Завершилось боевой ничьей.

Так вот стал я взрослым. До сих пор -
Мой цветущий вид не даст соврать -
Я, как, скажем, шея про топор,
Не хотел про это вспоминать.

Вот - не смог. Споткнулся инвалид.
И стою - понурый хмурый, злой.
Музыка утихла, и шипит 
Память патефонною иглой.


Подо мной, отсюда прочь маня,
Будто струны, дребезжат пути.
Что ты, Курск, глазеешь на меня?
Мне на море надо, отпусти!

Грусть моя разбавлена тобой,
Словно майонез тарелкой щей.
Я покину твой перрон с толпой
Неприлично бледных москвичей.

Поезд вздрогнет - и помчится вновь;
У меня в другом краю дела.
Здесь когда-то родилась любовь...
Но теперь, наверно, умерла. 

                    * * *

Дав слегка пивка под колбасу,
Я цветочки собирал в лесу,
О родной земле ронял слезу,
Прел внизу и ковырял в носу.

Ветер на деревья наезжал,
Я траву невинности лишал,
Стих рожал, от холода дрожал...
В  общем, свежим воздухом дышал.

Ш╦л, руками разгребая фей, 
Там, где лес темней, пугаясь пней.
Услыхал кукушку меж ветвей -
И с вопросом обратился к ней:

- Ты скажи, судьбы моей худрук,
Сколько лет положишь мне на круг?
И друзей, а главное - подруг?
Но кукушка замолчала вдруг.

Притаилась где-то наверху,
Претворилась шлангом на суку,
Ни ку-ку не скажет, ни гу-гу -
Ну сплошные нервы, не могу!

Ты кончай-ка со святым играть!
Что ж, прикажешь завтра помирать?
Хватит цирк ломать, ядр╦на мать -
Я ж могу и по мордасам дать.

Подкрадусь во мраке, аки тать,
Научу клиента почитать.
Надо ж, блядь, вот так вот жизнь отдать
Птице, не умеющей считать!

 
               * * *

Я умный мужчина, к тому ж не урод
(Я в профиль - почти что Сократ),
Но женщины - очень странный народ,
А те, что красивы, стократ.

Быть одному, конечно, тюрьма
С над╦жной реш╦ткой в окне...
Но женщины непостоянны весьма -
А те, что красивы, вдвойне.

И вс╦ же, в пивной замоля все грехи,
Я смею мечтать у огня,
Что женщины любят мои стихи -
А те, что красивы, меня.

                    * * *
Приятно быть хорошим малым:
В бузу встревать, взаймы давать,
Закушавши домашним салом,
Бокал за друга поднимать,

Чтоб завтра, ч╦рным хлебом с луком
Лечась в раздумьях, как жить,
Похерить напрочь имя друга,
Но сорт напитка не забыть.

По мне - где вина, там веселье;
Там ясность мыслей, крепость рук.
А от друзей - одно похмелье,
Как, собственно, и от подруг.

По мне, достаточно на деле,
Чтоб споры с совестью решить,
Ну, скажем, два часа в неделю
На добродетель положить,

Но жизнь по этому лекалу
Ни выкроить, ни сшить нельзя!
Разбей - зачем ещ╦ бокалы?
Предай - на что ещ╦ друзья?

                 * * *

Тебя любить - себе дороже,
Как жарить мясо без огня.
Представь: я не могу без кожи,
А кожа может без меня.

В час скуки богом неизвестным
Ты сделана из ничего;
Любое море станет пресным,
Когда ты выйдешь из него.

Смех забывает, как смеяться,
Как литься, забывает дождь
И все часы ходить боятся,
Когда ты мимо них ид╦шь.

Но мы одной кукушки дети -
То счастье есть, то нет его,
И быть тобой на этом свете
Ещ╦ не значит ничего.

У каждого своя неволя,
Свои антитела в крови:
Ты не умеешь жить без боли,
Как я - без боли и любви.

Я знаю разницу одну лишь,
Как знает карты крап крупье -
Когда ты даже смерть забудешь,
Я буду помнить о тебе.

Я верю, Бог своею мерой
Отмерил каждому сво╦.
Но что мне делать с этой верой?
И что мне делать без не╦?

Случайной встречи ч╦т и нечет,
Одно сплошное "почему?"...
Не спрашивай - вдруг я отвечу,
Не объясняй - вдруг я пойму.

Пройд╦т весна, приидет царство,
Быль╦м покроет трынь-трава,
Как я хотел найти лекарство,
А находил одни слова.

Не быть суду, не бить посуду,
И ты права, как 2 х 2 -
Любовь не мается простудой:
Она жива - или мертва.
                   * * *

Выбирай меж плохим и хорошим
И плохим или очень плохим,
Меж несбыточным и невозможным,
Меж дном моря и дном реки.

Выбирай между златом и медью,
Хочешь - падай, а хочешь - стой,
Выбирай между сном или смертью,
Между счастьем и простотой.

Выбирай - но в конце дороги
Ты пойм╦шь, что старалась зря:
Можно быть счастливее многих,
Быть счастливее всех - нельзя.

Я бы тоже себя не обидел,
У меня аппетиты - во!
Но с тех пор, как тебя увидел,
Я не вижу уже ничего;

В море лиц, как наживку рыба,
Я ищу твой потерянный свет.
У тебя есть какой-то выбор -
У меня его, к счастью, нет.

                   * * *

- Огонь - сказала мне вода, -
Мы расста╦мся навсегда.
Мой путь лежит в долину льда,
А твой - мне вс╦ равно, куда.

- Земля, - сказало небо мне, -
Мы не сошлись с тобой в цене,
И в мире ты или в войне -
До фонаря моей луне.

- Мой свет, - промолвила трава, -
Ты грел так ласково сперва!
Но это вс╦ слова, слова,
Слова... Я разве не права?

Права. Вздохну, махну рукой.
Такая правильная ты,
И я - бессмысленный такой
На фоне этой правоты.

               * * *

Вс╦ стены, и стены, и стены;
Вс╦ двери, запоры, замки.
Играй в помещеньях Вселенной 
В разбойники и казаки,

Черти озабоченно стрелки,
Сама же себя догоняй,
В пространство любовей сор мелкий,
Как пищу с тарелки, роняй.

В отсутствие снов и знамений
Чего же нам ждать и когда?
Цепочка бесцельных мгновений -
Как комнат пустых череда.

И где-то меж скучных обоев,
Каз╦нного вида столов
В пространстве свед╦т нас обоих
Взаимная тяга полов.

Ночами, как будто плащами,
Заст╦жки любви теребя,
Укроемся мы от печали,
На миг, да обманем себя.

С тобой мне уютно и мило,
Но сложишь ли счастье в запас?
Мы здесь - посетители мира,
На выход попросят и нас.

Гремя золотыми ключами
У двери в последней стене,
Забудешь ли ты о печали
И вспомнишь ли ты обо мне?

                * * *
               
На склоне вьюга смерть рисует,
По склону человек полз╦т...
В горах лишь м╦ртвый не рискует,
В горах лишь м╦ртвому вез╦т.

Одно неверное движенье -
Билет без пересадок вниз.
Когда подводит снаряженье,
Держись за Бога, альпинист.

Пусть склон высок и камни остры -
Ведь будет, ч╦рт возьми, пол╦т!
Вс╦ сверху кажется так просто,
И пальцы разжимают л╦д.

Так я, устав на крае виснуть,
Срываясь в пропасть этих глаз,
Как будто возвращаюсь к жизни -
И умираю всякий раз.

                * * *

Хочу и м╦д, и яд испить,
Хочу и жизнь, и смерть предвидеть,
Уметь, как женщина, любить,
И, как мужчина, ненавидеть,

И взяться за топор, как Ной,
И в танце закружить всю Вену,
Мечтаю стать морской волной
И берегом одновременно.

Но лень слона и горон мухи,
Чуть правды на стакан вранья -
Вот тот коктейль на божьей кухне,
Которым и являюсь я.

Не влил ни тоника, ни соку,
И льда не бросил, но взамен
Добавил жажду, и тревогу, и злость -
Он тот ещ╦ бармен.

Без ананаса, яблок, киви
Мы только жж╦мся и горчим;
Он всех нас делает такими -
И, думаю, не без причин.

Но ты не доверяешь Богу,
Тебе мой вкус не по нутру -
Лишь ночью отпила немного
И похмелилась поутру.

              * * *

Окидывая взглядом эту местность,
Я вот что вижу - вс╦ ж нам╦тан глаз:
Пугает боль, пугает неизвестность;
Смерть не пугает никого из нас.

Ведь что нас жд╦т на следующем свете?
Такая ж жизнь? Такая ж суета?
Вкусна ль еда, приличны ли соседи?
И есть ли там соседи и еда?

А вдруг и правда нам в котле вариться
- я не пугаю, просто говорю -
Как наказала умная царица
В какой-то сказке глупому царю.

Да и потом: положим, вс╦ известно -
Всю жизнь паши, не балуй, не греши,
Поставь себя на место, кушай пресно,
Заботясь о спасении души.

К воротам в рай по вере, по поверью
Прив╦л клубок, разматывая нить...
Но если знать, что жд╦т тебя за дверью,
Вста╦т вопрос - а стоит ли звонить?

А так: что ждать? Узнали бы - 
засохли б.
Судьба - корабль без носа и кормы.
Войд╦шь ли, как со света в т╦мный погреб,
Иль выйдешь, как на волю из тюрьмы?

А вдруг того грустней, а вдруг подавно:
Спустя долги, романы и года
Весь этот цирк закончится бесславно
Здесь и сейчас, и раз и навсегда.

Так надо ль жизнь, нелепостей набор,
Не понимать, но принимать всерь╦з -
Как я не понимаю до сих пор,
Зачем всю эту ахинею н╦с.

                * * *

Я умер  когда-то, 
Как помнится мне,
Безвестным солдатом 
В безвестной войне,

В грязи и крови,
Без речей и венков,
На поле любви,
Что в стране дураков.

Не то, чтоб был болен -
А будто не жил;
И только над полем
Стервятник кружил, 
Да меч, как свеча,
Да дыханье коня, 
Да птица - печаль
Отпевала меня.

Выл ветер трубою,
Над полем мечась,
А было ли больно -
Не помню сейчас.

Впились крови строки
В пустое седло,
И кажется только,
Что было светло -

Над бойней прилежно
Вставала заря...
Но тешусь надеждой, 
Что умер не зря.

Бежал за любовью -
Ну, вот и наш╦л.
Убит не любою -
И то хорошо.

О ты, заработавший славу Творца!
О ты, кто умеет считать до конца!

Стеля колыбели,
И ладя гробы,
Плетя и лелея
Узоры судьбы,

Когда ты выводишь
Светила гулять,
Когда ты жалеешь
Последнюю блядь,
Меж явью и сном -
Может, жаден, но ведь
Прошу об одном -
Повтори эту смерть.