Людмила Булыгина

Без веры в преданность иллюзий одним единственным раскладом бросая карты для пасьянса и утверждая, что сойдется. И провожая на рассвете тоску вчерашнего заката и дрему завтрашнего "будет", уже деленную на "может". А дальше невозможность прозы и мы-таки решим задачу: кто здесь окажется прохожим? Кто сможет обьяснить "иначе"...

>   Но мы же взрослые люди,
>   Мы редко рискуем бесплатно.
                S.
Но часто находится глупый
смешной "не такой" человечек
с какой-то надеждою хрупкой
с почти ошалевшим "навечно"
что рушатся смыслы законов
и с остервенением строя
песчаные замки-иконы
мы их именуем "любовью".

>   По старинному праву котов при дворе
                       S.
Сам по себе - это, похоже,  игра такая,
где пьют почти не пьянея, где лгут совсем не моргая,
о смысле чуть-чуть забыли, а в чем да и знать не знали,
хвостом по асфальту. Не жили, а так  - гуляли...


 >  У кого-то есть право забыть про тебя,
 >  У кого-то есть право не пить за тебя,
                        S.
А подарены  от души-
пляши.
Забывать не болеть-
не сметь.
Открывать не всегда-
вода.
Уходя, ты уходишь.
Да?..


S>  плывет в тоске необъяснимой среди кирпичного надсада
и попадается случайным чуть сонным утренним прохожим
и пропадает за углами из-за углов и возникая
потом смеется над ночными пустыми страхами и бредом
нетрезвых резвых разговоров
и гладит голову с любовью
того кто плачет предавая
он беззащитен одиноким
...
а я зову ее надеждой


КОНЕЦ ПРЕКРАСНОЙ ЭПОХИ
                "Самое темное время- время перед рассветом"
                (это должно быть как-то по-английски :))
Темные времена.
Порваны стремена.
И не моя вина-
грусть.
А на краю потерь
(только бы не теперь)
мне еще раз поверь-
пусть.
От непростивших фраз,
от обреченных глаз,
от убежавших нас
стон.
Я ошибаюсь- влет,
черт меня не берет,
это почти полет.
Сон?..

>начал падать вниз, расширяя круги.....>
Надоело разбиваться.
Высоко не подниматься-
что там, право:
облака поистрепались,
доигрались, долетались-
все забавы.
Воском с перьев капли меда
в бочки дегтя и работа
вся насмарку.
Кто же знал, что там повыше
очумев, поплыли крыши-
слишком жарко.
Мы умнее, мы-то знаем,
мы почти что не летаем,
сколько можно.
Все пропето, все допили.
И зачем я чищу крылья?
Осторожно...


>поймал себя на странном, не могущем ниоткуда
>в его бессоннице взяться сне ....>
                        S.
Придержи сон в руке, - может сбудется.
Там на каждой строке - перепутица.
А в конце гладких фраз точки бесятся
и невидимых глаз околесица.
И неслышимых слов. Громче надо ли?
И невиданность снов неразгаданных.