Аквилов Дмитрий

 
* * *
Как солнце ярок и лучист осенний лист, волшебный лист. Осенний лист, волшебный лист, любви бессмертный символист.
* * *
Снова снег укрыл заводы, реки и мосты. Реки и мосты, реки и мосты. Как давно мы не видали этой чистоты. Этой чистоты за окном. А на улице стояли снежные цветы. Снежные цветы, нежные цветы. Как давно мы не видали этой красоты. Этой красоты за окном. Мы с тобой так долго ждали теплой темноты. Теплой темноты, снежной темноты. Мы с тобой так долго ждали нежной темноты. Нежной темноты вдвоем. А на утро нас встречали снежные цветы. Снежные цветы, нежные цветы. Как давно мы не видали этой красоты, - снежные цветы за окном. Ты возьми себе на память снежные цветы. Снежные цветы, нежные цветы. Я дарю тебе на память снежные цветы. Снежные цветы за окном.
* * *
Есть в жизни общие места. Они доступны каждому, но - буду откровенным. Они не стоят даже волоска чуть выше чашечки коленной, е╦ божественного волоска - все в жизни общие места...
* * *
А стоит ли волноваться? Пройдет всего несколько дней, и сердце устанет сбиваться с привычного ритма при ней. Так стоит ли волноваться? Пройдет всего несколько дней...
* * *
Ближе чем на полголовы ко мне ты не подойд╦шь. Что шепчут губы твои отсюда не разбер╦шь. Не отпускай от себя,пока ты сама не поймешь, - Кто же я для тебя? Кто я? Ну кто ж?
* * *
Любовь жив╦т во всех отставших чувствах. Меняет вс╦, меняет в жилах кровь. И на земле становится вдруг пусто. Земля - лишь место где жив╦т любовь. Любовь глядит в глаза и спрашивает строго. Коль нет е╦, то сердце не неволь. - На свете есть всего одна дорога, одно лишь место, где жив╦т любовь.
* * *
Свою любовь всегда ношу с собой. Как зажигалку, как часы, как сердце. В моей груди мой ангел, дьявол мой. И от себя единственное средство. Хочу жить в ритме наших встреч. Закрыть глаза и думать: "Боже!" Ну как же мне любовь сберечь?.. Что помешает, что поможет?
* * *
Температура, как каштаны в парке, катится к нулю. Давно не жарко. Ж╦лтый цвет подходит листьям больше, чем берегу реки. Не опустить руки в песок. Зря солнце серебрит висок и дождь шуршит как жук в коробке из-под спичек.
* * *
Что можно разглядеть в окне напротив? Чужие занавески, подоконник, Цветы на н╦м, и, иногда, за ним - Случайный силуэт. Сквозь тюль. Сквозь грим? Чужая жизнь на этом расстоянии Заглажена до дыр. Ворона здесь увидит пряник, Лисица - сыр.
* * *
Ох , "сколько нам открытий" нудных "готовит ... дух", подносит жизнь. "И опыт..." - сын богов приблудных. "И гений..." - ни распять, ни вскрыть.
* * *
Я опять не пишу. Я опять время вспять запускаю. Сегодня опять я боюсь, я не знаю...
* * *
Мы вышли из детства на улицу. В смысле наследства - нас били рубл╦м. А дом, в котором мы жив╦м - спустили на воду. Погожим летним днем империя растаяла как айсберг. И те, кто выплыл, пьют за тех, кто не втянулся На вечерах выпускников Российских, Украинских, Белорусских И большинства бывших советских школ.
* * *
Прогуляюсь мимо новых статуй... Новых, огнедышащих витрин. Мимо фар оскаленных богатых, мимо проносящихся машин. Заверну в невзрачный переулок где, в тени задернутых гардин выстрел неправдоподобно гулок, где гуляют по трое,- один. Уступлю дорогу мерседесу, чиркну спичкой и, пуская дым, пойду дальше, стряхивая пепел. Сплюну в темноту - черт с ним!
* * *
Жизнь постоянно отбирает, о ч╦м-то бормоча взамен. Не плачь. Не злись. Не уподобься! Жизнь - это бремя перемен.
* * *
Позади шорох дождя и мокрый гранит. Неужели себя нельзя выплеснуть из границ. Впереди долгая ночь, изнутри закрытая дверь. Как же себя превозмочь, во что верить теперь? У кого-то есть свой дом, связка звонких ключей. У меня есть только звон. Мой дом - немой, - ничей.
* * *
Мы приехали в Киев в куртках на вырост. Мы приехали в Киев, и каждый вынес что-то из дому... Хотя бы запах. Впрочем чаще - зарплату папы. Мы приехали в Киев, что бы учиться Петь под гитару, пить, материться. Делать деньги и деньги тратить. Мы приехали. Мы уже здесь. Киев, здравствуй!
* * *
Назло. В последней электричке. Я еду над Днепром. В метро. Я вспоминаю по привычке, что бросил дом. Не повезло. Стою у стенки, смотрю в окно. Мне очень жаль, но мо╦ детство - не здесь прошло.
* * *
Я злой, злой, злой. Я занят своей игрой. Я злой, злой, злой. Не первый, и не второй. Я занят своей игрой. Я злой, злой,- не такой!
* * *
Пятна тени на земле за стеклом. Еду я навеселе в чужой дом. И, хотя я не умею водить, - еду, да и не хочу выходить. Зато у меня есть своя дорога, которую никому не найти. Зато у меня есть своя берлога, в которую никому не войти. Где нету ни горя, ни боли, ни злости, а только их буквы и их слова. Куда я всех приглашаю в гости, когда у меня не болит голова.
* * *
Ночь. Опять о любви шепчет что-то в крови. Задевает луна за угол дома. Ночь. Деревья. Окно, за которым темно. Луна светит бездомным влюбленным. Ночь. Портьеры. Кровать. Я не хочу засыпать. Листья шепчут знакомое слово. Ночь, - я твой! Повторяю: "Любовь..." Как пароль, как молитву, и снова. Ночь. Окно. Силуэт. Расплывается след. След от губ на стекле за шторой.
* * *
Я хочу говорить только правду. Только правду в глаза, только правду в глаза. Я хочу говорить только правду. Ее ни поймать, ни взять назад.
* * *
Молился ли я на ночь? По закону заблудшим душам не положено молиться. Мой ш╦пот разнесут по лесу листья. А я хочу погреться у огня зажженного руками, а не молнией небесной. Я, Господи, боюсь, что не воскресну. Я так хочу погреться у огня! Зажженного руками, пусть я в детстве и не молился на ночь. Мне по закону не положено молиться.
* * *
Полумесяц, полубровь. Полурадость, полуболь. Полутопот, полусвист, -- вышел полуэгоист.
* * *
Беседа под фонарем. Со скрипом. Шорох листьев. Деревья. Сквозь деревья - дом. Тень, оббегающая лица. А что потом? Да, все умрем. Скажи, ты пробовал молиться? Беседа под фонарем. Со скрипом. Шорох листьев. Деревья. Сквозь деревья - дом. Тень, оббегающая лица.
* * *
Вас били на улице? Их убивали. За что - не сказали, а только кричали и били. Их из домов выгоняли. Куда - не сказали, но все это знали. Их били на улице, и убивали.
* * *
Вы знали печали и радости. Дрожали от страха и холода. А те, кто не умер от старости, Теперь умирают от голода.
* * *
Пора любви поэта. Туманы на рассвете. Не зная новых истин. Дожди смывают листья.
* * *
Холодно. Утром небо как джинсы голубое. Хочу туда, где не был. В Техас - там тепло и ковбои.
* * *
Целую ночь где-то падал и отражался свет. Целую ночь где-то падал и оставался снег. С неба, в мокрую темень, через глаза фонарей. Сквозь светофоров зелень,- все тише и холодней. И уступили машины. Все в белом, притихли дома. И хором вздохнули - красиво! Вот ты какая, - зима...
* * *
Глядя на летящий снег, повторяй: "Для всех он идет!" Особенно для тех, кто его не ждет. Для враз опьяневших машин, для посеревших домов, ушедших в него на аршин. Для канализационных люков (островков), на которых греются собаки. Для собак, голубей, воробьев. Драки за крошки и кости забыты. Все укрыто снегом и забиты носы. Снег остановил часы. Снежинки, как секунды, пропадают, долетев до земли в белом. Тают в слое чистого времени, проходящего мимо нас, как они.
* * *
Береза под моим окном чернеет на фоне белой стены. Дом немеет от несовпадения с ориг